Темное прошлое Конька-Горбунка

Прощай!»

– Давно Марат рассчитался? – трясясь от нетерпения, словно терьер, почуявший крысу, спросила я.

Беатриса закатила глаза.

– В понедельник он был. Во вторник у меня выходной, а в среду я пришла и вопль Джонни услышала. Стелка, кстати, тоже с работы свильнула, но ее уход Джо не разозлил, он Мэрилин сюда из зала перевел.

– Джонни, Стелла, Мэрилин, – это ведь псевдонимы?

– Имена для работы, – подтвердила Беатриса.

– Почему Стелла решила бросить службу?

– Она мне ничего не сказала, – обиженно протянула горничная, – мобильный выключила! Ну и пусть! Плевать я на нее хотела!

– Курили вместе, когда смены совпадали.

– Знаете адрес Стеллы? И как ее на самом деле зовут?

– Давайте остаток денег, – потребовала горничная.

Когда очередная порция купюр перекочевала в карман сверхкороткой юбчонки, Беатриса отцепила от пояса блокнот, взяла прикрепленную к нему ручку и, нацарапав пару строчек, протянула мне листок.

– Вот, Стелла Панкратова. Нам велят красивые имена себе для службы придумывать, но у Стелки родное подошло.

Я прочла: метро «Марьино», на маршрутке до остановки «Гараж», пешком мимо зеленого забора. Пятиэтажка на пустыре, третий этаж, квартира слева, на двери краской написано «Киллер водка». Очень подробно описан путь.

– Спасибо. Но нельзя ли указать название улицы и номер дома?

Беатриса развела руками.

– Я у нее два раза была, меня Стелла привозила, точного адреса я не знаю. У нее есть сестра любимая, вот Стелка ее и развлекает, чтобы Алла не скучала, девочка инвалид.

Проведя большую часть ночи в клубе, в воскресенье я проспала до двух часов дня, а потом, ругая себя за безделье, поспешила к метро «Марьино». Беатриса не обманула, первый же спрошенный мною водитель микроавтобуса ответил:

– Гараж? Отправляйся по шоссе прямо, тут заплутать невозможно, нет ни одного поворота. Как увидишь здоровенный зеленый забор, там и остановка.

Я послушно отправилась в путь, довольно легко нашла забор, проехала вдоль выкрашенных в цвет взбесившегося салата бетонных плит, увидела пустырь и блочное здание, сплошь залепленное балконами, похожими на собачьи будки. Наверное, мысль о конуре для Шарика пришла мне в голову, потому что небольшие лоджии жители заделали чем бог послал, одни использовали фанеру, другие пластик, третьи стекло. С улицы дом выглядел отвратительно, и внутри он оказался на редкость неприятным. Очевидно, это был экспериментальный проект начала шестидесятых годов, времени, когда партия и правительство требовали от строителей возводить как можно больше домов, архитекторы вынуждены были планировать квартиры с четырехметровыми кухнями, ваннами, куда с огромным трудом помещался карлик, и комнатками, напоминавшими спальные отсеки матросов-первогодок, служащих на подводных лодках.