Тридцатая застава

— Эх ты. пограничник! Доченька есть захотела…

Боясь нарушить наступившую тишину, Сергей Васильевич заговорил шепотом, словно конфузясь:

— Ишь, горластая! Но… Извини, Аннушка, ты уже как-нибудь сама тут управляйся… Мне на боевой расчет пора… Я скоро вернусь…

Анна ответила улыбкой, углубившись в свои думы. Она готовилась к этому. Такова судьба жены командира. Да еще на границе…

Байда понимал, что начальнику заставы сейчас нужен негласный отпуск: не часто к пограничникам приезжают жены; и с утра сам повел свободных от нарядов бойцов на стрельбище согласно расписанию. К его удивлению, Кольцов был уже там. Вместе со старшиной Тимощенко проверяли стрельбище, устанавливали охранение, готовили мишени.

— Понимаешь, Антон Савельевич, ребята из новичков у нас хорошие, но стреляют не ахти как. Надо поднажать. Ты вот показывал призы за меткую стрельбу, ну и поделись своим опытом…

Байда действительно получил в училище за отличную стрельбу прекрасное охотничье ружье и фотоаппарат, бережно хранил их и часто показывал товарищам, хотя на охоту ни разу не удосужился сходить, и к фотоаппарату почти не прикасался.

— Что ж, будем нажимать…

Первые результаты стрельбы не очень порадовали, а два бойца — Денисенко и Великжанов и вовсе не выполнили упражнении.

— Как же это так, товарищ, Денисенко, а? А если перед вами не мишень, а нарушитель появится, тоже промажете?

— Ну нет! Нарушитель — другое дело… Там уж я буду без промаха бить… Если не пулей, то прикладом…

Слушавшие пограничники рассмеялись, только Великжанов стоял молча, с мрачным видом рассматривая винтовку.

— А у вас что случилось? — подошел к нему Байда.

— Не знаю. Целился аж глазам больно, а пули ушли за молоком… Знать, винтовка плохо пристреляна…

— Во-во! — обрадовался Денисенко. — Кирюша верно говорит, уж он-то знает, сибиряки все охотники! У меня тоже верный глаз, дайте только хорошую винтовку…

— Что ж, проверим ваше оружие. Где мишень свободна?

— Две левые, товарищ политрук!

Банда взял винтовки неудачников, патроны и сделал по три выстрела из каждой.

— Ведите их к мишеням, — сказал командиру отделения.

Красные от смущения возвратились бойцы на огневой рубеж.

— Из восьмерки ни одна пуля не вышла, товарищ политрук! — доложил командир отделения Егоров.

— Выходит, напраслину взвели на винтовки. Оружие здесь невиновно. Надо больше тренироваться. Прикладом, товарищ Денисенко, тоже нужно уметь действовать, но без меткой стрельбы пограничник — что возница без вожжей: куда захочет лошадь, туда и потянет…

С этого дня они с Кольцовым занялись кропотливой работой, многие часы проводили на стрельбище, пока каждый боец не поверил в свое оружие.