Укротить хищника

— Во сколько они приходят кушать?

— Если вдруг манка, то я пас — можно тогда обычный бутерброд с маслом, — я выходил из кухни, когда решил, что не помешает предупредить Инну Викторовну. — И не говорите им, что я буду на завтраке — хочу сюрприз сделать племянникам.

Племянникам, как же! Сюрприз я хотел сделать именно Свете. Посмотреть на её реакцию, когда буду вопросы задавать. И обдумывать ответы, которые точно будут правдивыми. Ведь, при близнецах она точно врать не будет.

Вот и посмотрим, как же ты будешь выкручиваться из ситуации, Светочка?!

Ровно в девять я подходил к кухне, где было, судя по звукам, шумно и весело.

Дверь была открыта и я тормознул у входа, смотря на открывшуюся картину. Меня пока никто не заметил.

Ваня и Леша сидели за столом с ложками в руках. Леша что — то говорил Ваньке, но его совершенно не было слышно из-за того, что второй лупил ложкой по столу со словами «Кашу! Кашу!».

Света ставила на стол перед ними тарелки, от которых шел чуть заметный пар, пытаясь перекричать и успокоить пацана.

«Всё-таки, каша» скривился я непроизвольно.

Инна Викторовна стояла возле плиты, смеясь. Судя по всему, раскладывала кашу по тарелкам.

Увидев перед собой тарелку, Ванька резко замолчал. По кухне раздался дружный облегченный стон от девушки, домработницы и второго близнеца. И следом слова приглушенное бурчание Леши:

— Леша! — Света возмущенно обернулась к говорившему мальчику. — Нельзя так говорить! Ты откуда, вообще, взял такое словечко?

— В мультике, — радостно сдал брата Ванька, пододвигая к себе поближе тарелку с кашей.

Я непроизвольно улыбнулся.

Надо бы следить за своей речью, когда в поле зрения будет находиться этот малец. Судя по тому, что я видел — парень сдаёт всех и вся. Не очень то хотелось, чтобы он и мои слова, предназначенные для того же Петровича или Витька, дошли до Светы или Инны Викторовны, приспичь им спросить что-нибудь обо мне.

Решив, что хватит шифроваться в коридоре, зашел на кухню со словами:

Три пары глаз уставились на меня тут же.

Леша смотрел внимательно, но спокойно. Я уже понял, что этот мальчишка довольно робкий и осторожный. Что в действиях, что в разговоре.

Ванька взирал на меня с радостью и воодушевлением. Ещё бы — вот он я, тот которого он очень упорно пытался «поймать», судя по вчерашнему с ним разговору.

А глаза Светы смотрели на меня настороженно и с тревогой. Она первая «отмерла» и практически выдавила из себя:

— Доброе утро… — перевела взгляд на пацанов и уже более уверенным голосом обратилась к ним. — Вы почему не здороваетесь?

Оба парня дружно проговорили:

И тут же Ванька, в отличие от своего брата, который на этих словах и ограничился, затараторил дальше:

— А ты, что с нами сегодня будешь завтракать? А мы кашу всегда по утрам едим.