Ветер над островами

Позиция для обороны удобная: оба берега достаточно высоки и заросли до непроглядности, укрыться легко, заметить засаду трудно, почти даже невозможно, особенно если племя бежать кинется. При этом отсюда все простреливаться может метров на двести, а то и больше, — река, берега и тропа вдаль, насквозь. Если правильно все сделать, то можно против больших сил держаться. Сколько-то.

— Занять позиции, — сказал Петр.

Десяток начал растягиваться в полукруг, как бы охватывая собой выход из брода. Я подкрался к Петру, сказал:

— Я бы фланговое выставил. Найдут способ переправиться в другом месте, хотя бы малыми силами, — будут у нас проблемы.

— Выше не переправишься, там горы начинаются и вообще не пройдешь, — ответил Петр. — А ниже по течению двоих выставлю, хорошо. Марьян, сгоняй к бомбометчикам — пусть позицию занимают. Окапываемся!

Копать было нелегко. Даром что почва мягкая, но зато вся с камнями перемешана, гравий сплошной. Тут горы близко, так что почва уже вот такая… двойственная, что ли. Окоп получался мерзким и сырым, таким, в какой лезть не хотелось, но, глянув на других, нашел способ благоустроить. Все остальные, отойдя в тыл, чтобы не демаскировать позицию, резали ветки и листья и устилали ими дно своих укрытий. Я тоже не поленился, нарезал от души, получив достаточно сухую, слегка пружинящую подстилку. Подвигался в окопе, повозился, вроде пристроился. Набросал дополнительных листьев на бруствер — так оно еще скрытней получится.

Бомбомет, кстати, на поверку оказался самым обычным минометом калибра так миллиметров в шестьдесят, пожалуй, точнее не скажу. С не слишком длинной трубой. Его расчет начал сноровисто окапывать и маскировать свой «самовар».

До условленного времени оставалось часа полтора примерно. Кто болтал, кто придремал, а кто-то решил на пустой желудок не воевать и, презрев риск ранения в живот, взялся за сухой паек. Я стащил штаны и вновь поглядел на место укуса. И понравилось оно мне куда меньше, чем вчера. Отек не увеличился, но точка укола в центре превратилась в язвочку, а вокруг нее появилась какая-то темнота. Ощущения при нажатии тоже были странными и очень неприятными. Так… само оно явно не пройдет и проходить не собирается. У нас здесь санинструктор есть, Федор Иванов, но сейчас, перед боем, как-то это все неуместно… Ладно, не сдохну за пару часов, потом покажусь. А порез на стопе чистый. Покровило немного в бинт, но не сильно, уже заживать начало.

Если бойцы и нервничали, то незаметно. Вроде бы и ополченцы, но повадки как у бывалых солдат, это в глаза бросается. Главное — курить никто не курил, хотя, по-моему, Петр такого приказа даже не отдавал.