Вместе (не) навсегда

Но нет, Марату Скалаеву мало того, что он один раз насладился моим смущением и неловкостью, он решил, что шоу должно продолжаться…

– Пожалуйста, уходи, – молю я наслаждаясь каждой секундой его прикосновения.

– Я пытался, – хрипло отвечает он, не сводя глаз с моих губ. – Как видишь, получилось у меня хреново, принцесска.

Он продолжает водить большим пальцем по моей нижней губе, а я поймав его взгляд, касаюсь его пальца языком. Марат громко всасывает воздух и не разрывая наш зрительный контакт, с нажимом проталкивает палец мне в рот. Я тону в его почерневшем взгляде и в следующее мгновение делаю то, что ни один из нас явно не ожидал – обхватываю его палец губами и начинаю посасывать.

Марат едва слышно матерится и притягивает меня к себе. Одну руку он кладет мне на затылок, второй сжимает подбородок и не встречая особого сопротивления, проталкивает язык в мой рот.

Я обхватываю его лицо обеими руками и начинаю неистово целовать. Даже если через две минуты он снова скажет, что я ему не нужна, если снова посмеется, это все равно будет стоит того.

С его губ слетает стон и мое тело начинает дрожать от одной мысли, что это я так на него влияю. Марат кладет руки мне на талию и притягивает меня к себе еще ближе, так что тугой узел полотенца над моей грудью наверняка оставит след на его коже даже сквозь материал рубашки.

– Ты сводишь меня с ума, принцесска, – его дыхание обжигает мой язык и все внутренности сразу, потому что я вижу… чувствую, что он не притворяется сейчас. Я ему нужна, он меня хочет. А значит…

– Ты передумал? – едва слышно произношу я.

– Принцесска, – он с явным усилием отрывается от моего рта и смотрит мне в глаза. И, наверное, впервые в жизни мне наплевать как я выгляжу. Я знаю, что влажные волосы уродливыми сосульками свисают с головы, на мне ни грамма косметики, зато щеки, наверняка, пунцовые от смущения пополам с возбуждением. Но сейчас куда более важным было то, что я чувствую – губы слегка подрагивают, в ушах звенит, внизу живота ощущается теплое покалывание, а грудь часто вздымается и болезненно трется о махровую ткань полотенца. – Я все еще считаю, что не имею права забирать твою девственность, но… оставить тебя так я тоже не могу.

– Что ты имеешь в…, – он не дает мне договорить и легонько толкает на кровать.

– Я украл твой первый поцелуй. Как насчет того, чтобы я подарил тебе другой первый раз?

Я все еще пытаюсь сообразить что он имеет в виду, если не передумал, а Марат опускается на колени рядом с кроватью и уверенным жестом развязывает полотенце на моей груди.

Кожа тут же покрывается тысячами мурашек, но я с удивлением отмечаю, что совсем не стесняюсь своей наготы.