ВоенТур

— Блин… Контузия… — И добавил уже громче — Фамилии говорю надо добавить!

— А-а??? — И похлопывая себя по уху, очень громко добавил: — плохо слышу, говорите громче товарищ командир!

— Фамилии, говорю знаешь? — уже громко повторил прямо ему в ухо, показывая на могильный холмик пальцем.

— Не-е-т! — он энергично замотал головой. — Меня только три дня как перевели из другой части. — Кричать не хотелось, и я только кивнул ему что понял. — Мы только сопровождали эшелон, экипажи должны были нас встретить на станции назначения!

— Так ты что, один остался? — я снова обратился к контуженному солдату.

— Не знаю, нам не говорили…

— Понятно, военная тайна…

— Знаю только, что это конечная станция. Здесь нас встречали экипажи — целая рота. Мы даже разгрузку не начали, как попали под налет. Я один в живых остался.

Мать моя родная!!! Один воздушный налет и танковой роты нет… А ее готовить надо не один и не два месяца — год минимум, это не пехота! А сколько ресурсов на эту подготовку надо истратить? Того же бензина… Даже по нынешним ценам это наверное на лям потянет. Вот млять!!!

В этот момент мы услышали звук мотора, который определенно приближался к нам, и был совсем другой чем у грузовиков. Сомнений не было, это был звук работы тяжелой техники, но какой? Вскоре показался знакомый мне по рисункам из интернета танк Т-28, тот еще гроб на колесиках. Меня танки привлекали еще с детства, а после того, как я сам оттянул лямку в танковых войсках, то довольно неплохо изучил всю линейку советской бронетанковой техники.

Построенный по образцу английского Викерса, трехбашенный Т-28 имел противопульную броню, хотя и считался средним танком, а потому немецкие тройки и четверки могли его легко разделать под орех. Имевшиеся у них орудия вполне это позволяли. По большому счету «двадцать восьмой» был чисто пехотным танком, одна орудийная башня с трехдюймовым короткоствольным орудием и две пулеметные башенки были вполне неплохи против пехоты, но не для танкового боя, там он явно не тянул. Слабая броня, высокий силуэт и длинный корпус, плюс не очень хорошая маневренность делали его хорошей мишенью на поле боя. Хотя скорость у него была приемлемая, около 40 километров в час.

Заметив нас, танк попытался нырнуть в лес, но у него это не получилось, он просто ткнулся носом в толстое дерево и заглох. О-ч-ч-ень интересно! Там мех что совсем слепой? Да еще и не опытный? Шел бы на правильной передаче, не заглох бы на таком препятствии! Из открывшихся люков выскочили трое и попытались убежать, но пара очередей из пулемета прижала их к земле.

Через пару минут бойцы подвели ко мне всех троих, только один из них был в танковом комбинезоне и шлеме, а двое других в обычной военной форме этого времени.

— Кто такие? — Начал я их допрос.