ВоенТур

«Из НКВД!» — Добавил это, разглядев его петлицы и околыш щегольской фуражки.

— Третьяк, нужно задержать немцев на этом рубеже, — Гладченко карандашом прочертил короткую линию, а капитан, нагнувшись, секунд тридцать внимательно рассматривал указанную ему позицию. Разглядывая вместе с ними карту, прикинул размеры болота. Оно было обширным, если считать по сетке, приблизительно два на три, а то и все четыре километра. У южного его края текла речка Усяжа. Лет сто тому назад или побольше, вполне возможно это было озером, но постепенно оно заросло камышом, затянулось илом и тиной и теперь это был качественный и непроходимый рубеж, за который можно было крепко зацепиться. С обоих сторон Усяжи был лес. С юга реку и лес разделяло болото. С севера, лес тоже не примыкал, но приблизительно посередине, между Рудней и Высоким был песчаный язык шириной метров триста-четыреста, на котором имеется приличная такая высотка с отметкой 175,6.

И как вишенка на торт, дорога по узкой дамбе через все болото — единственное место, где его можно пересечь.

— Разворачиваешься и держишься до 21-го часа завтрашнего дня. За это время я сумею пропустить раненых, беженцев и войска, которые успеют отойти.

— Куда потом отходить?

— К мостам у Борисова. Ну…, ты понимаешь — если не сумеешь удержаться, то раненые и гражданские тут и останутся… Навсегда.

Капитан молчал… «Хм-м… Кто останется в живых, если останется…, может и все полягут там…», — хмыкнул про себя, но не стал озвучивать эту мысль вслух.

Третьяк в свою очередь задал встречный вопрос: — А какие у меня силы будут?

— А вон, — подпол мотнул головой в сторону сборного пункта, — две стрелковые роты и артиллерийский взвод ПТО.

— Так, только одна «сорокопятка» прибилась, товарищ подполковник!

— И танк БТ с целым лейтенантом. К нему пушку цепляешь и вот тебе взвод, к тому же маневренный…Все ясно?

— Пушку куда цеплять, к танку или к лейтенанту?

— Это хорошо что шутишь… Значит духом не упал! — Очень серьезно произнес Гладченко.

— А что делать? Пехота из отступающих… — И криво ухмыльнувшись, добавил: — Сбродный сброд! Дайте хоть взвод наших! Как я буду разведку вести?

— Взвод! Отделение Егорушкина в разведку, по отделению в каждую роту — для укрепления дисциплины, и отделение в резерв. Вот и получается ровно взвод!

— А с чем тогда я останусь, капитан?

Капитан было по привычке сделал «стеклянные» глаза, но видно вспомнив на какое дело он идет, дерзко ответил: — С бронепоездом, товарищ подполковник!

Гладченко хотел было резко ответить, но глянув на подчиненного, лишь бросил:

— Только вернись, а там за мной не пропадет!

Вот тут решил и я свои пять копеек вставить.

— Возьмите с собой побольше лопат, отройте окопы полного профиля — потери будут меньше, и от артогня, и от авиации.