Волчье сердце

Радовало, что сегодня с утра в офисе они были лишь вдвоем с Буримовой. Нелечка беспрестанно на что-то жаловалась: на головную боль; на соседей, у которых не кончается ремонт; на зиму, которая еще не наступила, но которую она жутко ненавидела. Вера поддакивала ей не без удовольствия — у нее тоже болела голова, да и вообще настроение было хреновое.

— Мне кажется, я хлебну с этим заказом, — снова вздохнула коллега.

— Почему это? — спросила Вера, не отрывая взгляда от документов на своем столе. Она умела участвовать в разговоре, не вдаваясь в суть самого разговора.

— Потому что они мне притащили готовый обмер помещения и хотят, чтобы я по нему работала, а я невооруженным взглядом вижу, что стены кривые.

Буримова передала ей план и в двух слова обрисовала пожелания заказчика.

— Я бы не рисковала, — бегло глянув на план, покачала головой Вера. — Помещение сложное, с частичной перепланировкой. Сделай лазерное сканирование с выпуском обмерных чертежей. Им придется переплатить, зато все будет точно.

— В этом суть! Никто не хочет переплачивать!

— Да. Вот только, если ты разойдешься в паре сантиметров и конструкция какая-нибудь не встанет, проблемы будут у тебя, а не у тех обмерщиков, которые этот план состряпали.

— Это точно. Значит, я его не принимаю, — решительно откликнулась Неля и, обреченно вздыхая, снова погрузилась в работу.

Некоторое время тишину в кабинете нарушали лишь шелест бумаги, щелканье клавиатуры и иногда жужжание принтера. Потом хлопнула дверь в соседнем кабинете — это пришел Гущинский. Веру так и подмывало тут же пойти к нему, но она сдержалась, давая ему возможность хотя бы снять пальто. Однако не прошло и двух минут, Захар сам распахнул дверь, смежную с его кабинетом, и кивком головы пригласил ее зайти.

Гущинский был мрачен, и Вера разволновалась. Она вошла к нему с нерешительностью, какой в себе давно не помнила. Вошла и остановилась у стола, не решаясь сесть в кресло. Будто что-то внутри говорило: надолго она тут не задержится, разговор будет коротким.

Захар стоял к ней спиной, у окна. Был тих и задумчив.

Вера решилась первой нарушать молчание.

— Я не хотела, чтобы так получилось...

На ее голос он стремительно обернулся, не дослушав заготовленные извинения.

— Вера, мы больше не сможем работать вместе.

Несколько бесконечных мгновение Вера осознавала сказанное. Когда же осознала, щеки ее запылали. Она посмотрела на дверь, потянувшись к ней. Но потянулась она внутренне, на деле, не сумев сделав ни шагу. Какое-то онемение охватило все тело.

Но потом она сдвинулась с места.

— Вера, — снова окликнул Захар. — То, что я обещал.

Она снова посмотрела на него и увидела протянутый листок с чьм-то именем и телефонным номером.