Волчье сердце

— Давай зайдем в дом, — попросила Рида. — Я реально замерзла. Не хочу, чтоб мы обе завтра свалились с температурой. Яниса можно и дома подождать. Необязательно сидеть на улице и мерзнуть.

Вера повернулась к ней, пытливо глянула в лицо, но ничего не сказала. Не подтвердила, но и не опровергла последние слова. Уже и сама поняла, что ничего ей не поможет: ни сигарета, ни крепкий алкоголь, ни болтовня любимой подруги.

Пока Янис не вернется, не будет ей успокоения.

Они зашли в дом через гостиную и прошли в кухню. Вера выложила на стол сигареты, сняла куртку, бросила ее на стул в столовой, и они с Ридой снова устроились на высоких стульях у кухонного острова.

— Дай сигарету, — не выдержав, попросила подруга.

— Завтра брошу. Меня здесь как бы нет. Поэтому я как бы и не курила. Мои нервы на пределе. Еще и ты ведешь себя как мумия.

Вера посмеялась и подала ей пачку.

— Ни слова же не сказал...

— По поводу? — прикуривая, спросила Рида.

— Что беспокоился... переживал за меня... ни слова об этом. Все спрашивал, испугалась ли я... И ни слова, испугался ли он.

— А ты сомневаешься? Янис сейчас явно не на каких-то важных переговорах с какими-то очень важными партнерами.

Мы обе знаем, где он.

— Угу, что всех уничтожит, я тоже слышала. Не зря поминальное платье надевала, — посмеялась Вера и тоже закурила. — Представь... Есть у Майера шлюха. Элитная такая шлюха в элитном таком борделе. Спит он с ней. И вот бабу эту украли. В девяносто девяти процентах из ста он Зябу на кол посадит. Но разве мы можем говорить о любви Майера к какой-то шлюхе? Разумеется, нет. Но он это сделает. Будет защищать свой авторитет. Потому что это его шлюха и трогать ее никому нельзя.

— Сделав глубокую затяжку, Вера медленно выпустила дым, пытаясь выдохнуть и скопившееся напряжение.

— Вера, я сейчас не в состоянии сводить в мозгу какие-то логические цепочки, — поморщилась Рида.

— Майер — это тот редчайший случай, когда поступки ничего не говорят о человеке. Поступки Яниса лишь показывают, кого он из себя сделал. Но ничего о нем самом. Ничего о том, что у него внутри. Как я должна понять, что я ценнее какой-то шлюхи? Что именно я имею для него человеческую ценность, а не являюсь атрибутом его роскошной жизни...

Рида молчала, осмысливая услышанное.

— Чтобы добраться до его чувств, нужно рушить бетонные стены, — так и не услышав от подруги ничего ободряющего, сделала свой вывод Вера и влила в себя ром.

— Тогда Янис попал в надежные руки, — хмыкнула Рида. — Бетон — это как раз твой профиль.

— Я тоже. А что будет с Ряшиным?

— Даже думать об этом не хочу, — помрачнела Вера, поднося к губам сигарету.

— Он этому Зябе денег должен?

— Не думаю, что денег... Сева должен был свести Зябрева с Андреем, чтоб в салоне дурь толкать.