Волчье сердце

Знаешь, Леночка совсем не безропотная овечка, как я посмотрю.

Оторвавшись от своих глубоких размышлений, Вера иронично улыбнулась:

— Поверь, меня эта ситуация совершенно не волнует. Потерять два дня и не спать две ночи, чтобы поесть халявных канапешек? У меня полно других идей: на что потратить это время.

Ее и правда это не волновало, но все же она отметила, как, увязнув в трясине личных проблем, упустила момент, когда ее задвинули на второй план. Она вроде есть, — ее имя стоит в ответственных авторах, — но вроде бы и нет, потому что в завершающей фазе не участвовала.

— Он считает себя главным архитектором, хотя главный у нас Гущинский.

— Пусть считает. Мы с тобой таких «главных» много повидали, — монотонно поддакнула Вера.

— Вера, возьми Гладкову на себя.

— Этим проектом занимается Леночка, — мирно напомнила Вера, снова улыбнувшись настойчивости Буримовой.

— Они даже еще не встречались.

— Разве? — удивилась. — Она, по-моему, уже визуализацию сделала.

— Я тебе говорю! Гладкова три раза переносила встречу! Она даже разговаривать с ней не хочет. Вера, забери этот заказ!

— Нель, знаешь, как это называется? — Чуть оттолкнувшись от стола, Вера развернулась к Буримовой в кресле и произнесла по слогам: — Са-бо-таж.

— Это называется — разумность. С Леночки хватит и халявных канапешек. Я не хочу, чтобы она нам клиента зарубила. Она еще не достигла того уровня, чтобы самостоятельно общаться с заказчиками. У нас так не принято, и ты это прекрасно знаешь. Но почему-то Захар позволил.

— Так я сама его об этом попросила! Я уже отказалась. Сказала, что Лене будет полезно поработать с Гладковой, пусть опыта набирается. А сейчас ты меня непонятно на что подбиваешь.

Но Буримова не отступила. Решительности в ней только прибавилось.

— Я хочу, чтобы ты поставила ее на место.

— Неля, нам хорошо работается в команде именно потому, что я всегда пытаюсь отделить эмоции от работы. Это крайне трудно в такой тесной связке, но я честно стараюсь. Обратись к ней напрямую, если у тебя есть какие-то вопросы.

— Я тебе об этом и говорю! Ты умеешь, а я нет. Если я начну выступать, будет скандал. Ты как клей. Ты склеиваешь всю команду. Знаешь — когда, кому и что сказать, кого притормозить. Блин, понятно же, что Гущинский неровно к тебе дышит, но именно потому, что ты такая, мы существуем комфортно. Если вдруг на первый план вылезет манипуляторша Леночка, наша жизнь превратится в ад. Я не умею деликатно, мне лучше вообще молчать.

— Почему она должна вдруг вылезти на первый план? Я думала, она около Артура трется.

— Я тоже думала! Но за эту неделю она три раза с Гущинским о чем-то беседовала за закрытой дверью. Ты не заметила?

— Нет... — задумалась Вера, — не заметила.

— Понимаю, что тебе не до того...