Волчий билет

«Крузер» я оставил у «Праги», поехали на его машине, в целях конспирации. Всю дорогу я оглядывался назад, никто за нами не ехал. Приехав, пошли к самому дальнему дому, на улице тусовались человек пять наших, кто-то жарил шашлыки на мангале, вкусно пахло. Палыч поприветствовал пацанов, – Здравствуйте, – вошли в дом, огромный зал с большим мраморным камином, на стенах шкуры диких животных, массивная солидная мебель натурального дерева, огромный стол, уставленный закусками и напитками. Еще человек пять смотрели огромный телевизор, свисающий с потолка на цепях, если бы не который, можно было подумать, что мы перенеслись в Средние века, в дом боярина Давыдова. Палыч так же поздоровался, поднялись вверх по лестнице, зашли в спальню. Фил и Жженый смотрели телевизор, Фил в кресле, Жженый полулежал в специальной медицинской кровати с поднимающейся спинкой электроприводом. За кроватью стояло медицинское оборудование с монитором и кучей кнопок. От монитора к больному тянулись разноцветные провода, один был прикреплен датчиком к груди в районе сердца, остальные прятались где-то под одеялом. Видимость больничной палаты полная, даже пахло лекарствами или казалось, что пахнет.

– Игорь, дружище, – кинулся Палыч к кровати, хотел обнять его, но в последний момент отпрянул, внимательно присмотрелся, у меня екнуло сердце, Палыч положил свои руки на одеяло, где лежали руки мнимого больного. – Боже мой! Что они с тобой сделали, Игорь! Бог ты мой!

– Ну какой я тебе Бог, Палыч, не видишь – смертный, – ответил Вова медленно и тихим голосом, как будто ему трудно говорить.

Молодец, подумал я. Вчера, когда я его готовил, несколько часов кряду, манерам Хохла говорить, советовал ему шутить по возможности, это было главной его отличительной чертой в разговоре.

Вова достал из-под одеяла руку и протянул Палычу поздороваться, но тот в оцепенении уставился на нее, потом понял, аккуратно взял в две свои, сказал: – Игорь, ты весь обгорел, – как будто он не знал об этом.

– Ничего, Палыч, зато у меня самое главное не сгорело, а то бы совсем беда, – это была наша заготовленная шутка. – Присаживайся, в ногах правды нет.

Я подал Палычу стул, сам остался стоять, хотел лучше все видеть и слышать. Теперь Вова должен перевести разговор о делах и быстренько распрощаться:

– Палыч, времени мало, потом с тобой посидим, поболтаем, скоро врач придет, будет ругаться, не пускает ко мне посетителей, боится рецидива, хотя что это – не знаю, рецидивист – знаю, рецидив – нет, – тоже заготовка, – Как там по работе? Все нормально?

Палыч оглянулся на Фила, Вова опередил его:

– От этих пацанов у меня секретов нет, говори, я опять уеду в Германию, они за меня будут. Познакомься, кстати, с Филиппом.

Фил встал, они пожали друг другу руки.