Ее тайна

Алина сбрасывает мой звонок, но спустя полминуты от неё приходит сообщение, что она находится в кабинете у следователя и мы поговорим позднее. И гадать нечего – беседа будет не из приятных.

Даже не верится, что за один вечер всё так изменилось в моей жизни. Не могу объяснить почему, но мысль, что я буду жить с Динаром, вызывает внутри мандраж. А когда увидела его сегодня полуголым на кухне и едва не выронила турку из рук, поняла, что благодарна Тамаре Леонидовне, заведующей детским домом, в который попала после смерти отца, что она послушала меня, и с её подачи Асадову не дали надо мной полноценную опеку.

Ему в итоге не помогли ни его связи, ни деньги.

Этот мужчина пугает меня до чёртиков с детства. Я не понаслышке знаю, каким опасным и жёстким человеком он может быть. В тот день, когда на Максима напал охранник Ворошилова, а он защищался, Динар и сам был в шаге от убийства. Но выдержки у него всё же оказалась больше, чем у моего брата. Всё случилось на моих глазах, а меня с того дня иногда мучают кошмары.

Ринат останавливает машину у ресторана, где я работаю, и выходит на улицу вместе со мной.

Я задерживаю на нём непонимающий взгляд.

– У меня указание не спускать с тебя глаз. Я всегда поблизости в случае чего. Мой номер у тебя есть, – кивает он на телефон в моих руках.

– Моя смена длится шесть часов. Вы всё это время будете ждать меня у ресторана? – спрашиваю я, когда голос возвращается. Чувствую себя провинившимся щенком, которого наказали и посадили на поводок.

– У каждого из нас своя работа. Буду ждать здесь, а после смены отвезу домой."

"Мне остаётся смириться с новыми порядками в моей жизни. И утешать себя мыслями, что это всё временно.

В конце концов, ничего ужасного ещё не случилось. Но если Динар рассчитывает, что я стану выполнять его указания и брошу работу в ресторане, то сильно заблуждается на этот счёт. Я привыкла в одиночку принимать решения, касающиеся моей жизни. И его навязанное сожительство меня совсем не прельщает.

До начала рабочей смены поговорить у нас с Алиной не получается, и я жду её конца. Мне интересно, почему она вчера не отвечала на мои звонки и зачем её сегодня повторно вызвал следователь. Отработав смену, я волочусь в подсобку, чтобы переодеться.

Сил нет. Хотя, если учесть, сколько я спала за эти два дня, даже неудивительно. Откуда им взяться?

Дверь в комнату, где мы переодеваемся, с грохотом распахивается, и на пороге появляется мой недавний ухажёр, которого я ударила кастетом по лицу.

– А ну все вышли, кроме неё, – показывает он на меня пальцем, и моё сердце проваливается в пятки от страха.

С правой стороны лица у Демьяна виднеется некрасивая рана, улыбка из-за этого выглядит немного перекошенной.