Ее тайна

Мне жаль его будить, но и выйти к Илье, не предупредив Динара о своём «побеге», – значит терпеть потом очередные нападки с его стороны. Возможно, если я скажу Ивану, что ушла, этого будет достаточно?

Разворачиваюсь, направляясь к двери, как слышу в спину хриплый и низкий голос, от которого по телу прокатывается новая волна дрожи:

– Что хотела, Наташа?

Поворачиваюсь и вижу, что Динар садится на кровати, потирая лицо кулаками. Тянется к телефону на тумбочке.

– Ещё три часа до отлёта. Что-то срочное?

– Ко мне приехал Илья. Мой парень, – произношу я, не смея опустить глаза ниже его шеи.

– Ракитин? – спрашивает он.

Я киваю.

– И? – Динар смотрит на меня в упор.

– Илья сам отвезёт меня в аэропорт. Он только недавно вернулся из командировки, я хочу с ним увидеться. Ты ведь сам просил, чтобы я докладывала тебе о каждом своём шаге?

С лица Асадова примерно минуту не сходит напряжённое выражение, и мне уже хочется сбежать из его комнаты. Я сто раз пожалела, что пришла.

– Контакты мне его скинь. И чтобы без опозданий. Вещи оставь в гостиной, я заберу, – нагло заявляет он, а я снова чувствую себя рядом с ним глупым провинившимся щенком.

Вылетаю из спальни Динара, словно за мной гонится толпа чертей. Да что со мной не так? Меня же трясти должно от возмущения, что мне предстоит лететь в другую страну с человеком, которого почти не знаю, но это не так. Я возмущена совсем не этим, а тем, что желание, чтобы он снова ко мне прикоснулся и поцеловал, с каждым днём становится лишь сильнее.

9 глава

Наташа

– Привет, – здоровается Илья, когда я забираюсь к нему в машину.

Перед глазами до сих пор стоит образ спящего Динара, а внутри щемит от его уставшего вида. Не хочу о нём думать, но в последние ночи мне снится один и тот же кошмар: как люди Ворошилова избивают Максима и как потом Динар успокаивает меня и говорит, что всё будет хорошо.

Это отголоски прошлого. Оно не отпускает меня.

– Наташа. – Илья тянет ко мне руку и касается подбородка.

Я вздрагиваю, переключая на него внимание. Серые глаза бегают по моему лицу, во взгляде читается беспокойство, а я снова ловлю себя на том, что рядом с Асадовым мурашки мчатся по телу табуном. С Ильёй же всё иначе. Нет, не проще, но его присутствие не так бьёт по нервам, как когда нахожусь с Динаром.

А ещё моя обида на Илью хоть и стала меньше после его объяснений, но окончательно не прошла. Он ведь мог дать о себе знать? Позвонить с телефона отца? Из отеля, где остановился? Да хоть из будки-автомата? Если бы этого хотел.

– Рассказывай, златовласка. Что за история? Ты ведь, надеюсь, пошутила?

Я пожимаю плечами не зная, с чего начать. Хочется рассказать всю правду. И про Алину, и про Лазарева, и даже про поцелуй с Динаром, но боюсь, что Илья начнёт осуждать меня за все эти поступки.