Ее тайна

В голове полный сумбур, но теперь я хотя бы понимаю, в чём разница между мальчиком и мужчиной. Наверное, поэтому со сверстниками не складывалось? Они всегда казались легкомысленными, поверхностными и не способными принять разумное решение.

Самолёт приземляется в аэропорту ближе к полудню. Я сразу замечаю в толпе Илью. И не я одна. Динар обнимает меня за талию, и его пальцы впиваются в кожу, а на лице появляется насмешливая улыбка.

– Сама ему скажешь, или провести ещё одну воспитательную беседу?

– Я отчасти жалею, что не сказала вчера Катине, как обстоят дела на самом деле.

И знаешь почему? Потому что не люблю причинять людям боль. Ни физическую, ни моральную.

По глазам вижу, что мои слова не впечатляют его, а лишь подстёгивают сказать что-то хлёсткое в ответ.

– Так это жалость? Ты поэтому с ним встречалась? Со мной сексом занимаешься, надеюсь, не из-за неё?

Динар всматривается мне в лицо, с его губ не сходит наглая усмешка. Ума не приложу, как буду держать оборону, ведь я ещё совсем девчонка и никакого опыта общения со взрослыми мужчинами у меня нет. Собственно, как и по усмирению таких гадов, которые говорят в лицо всё, что думают.

– Да, всё из-за неё. Ты не мог бы спросить у Берга телефон Феликса? Хочу узнать, как его здоровье после вчерашнего. Испытываю сильное желание искупить вину за причинённые тобой неудобства.

Динар раздражённо закатывает глаза.

– У тебя десять минут, Наташа. Мы с Кариной ждём в машине. Про номер Феликса напомни мне вечером. Позвоню Катине. Он вроде бы у неё в подразделении числится.

Ладно. Один – один. Нужно будет уточнить у Романовой, как давно Динар ведёт переговоры с людьми Берга, а то, может быть, Феликс и к Катине клинья подбивал, и эта показательная казнь была всего лишь личными счётами между мужчинами?

– Озвучь, пожалуйста, что будет, если я не исполню твой приказ? Говорят, что у страха глаза велики…

– Ничего не будет, Наташа, – перебивает Динар и напускает на себя серьёзный вид.

 – Давай, иди уже, у меня сегодня очень много дел.

Он хлопает меня по ягодице и направляется на выход с нашими вещами, а мне снова хочется его ударить. Надеюсь, Илья не заметил этого смачного шлепка и взгляда, которым Асадов посмотрел на меня напоследок.

На ватных ногах приближаюсь к Ракитину. Он держит в руках огромный букет и улыбается такой милой и искренней улыбкой, что я, ещё даже рта не успев открыть, чувствую себя сукой. Не привыкла я так с людьми и начинать не хочу.

– Златовласка, привет. – Илья обнимает меня и пытается поцеловать, но я опускаю лицо, не позволяя этого сделать. – Эй, детка, ну хватит дуться. Я всё осознал. Больше так не буду.

– Я не приму букет, Илья. Извини, но нам лучше расстаться.