Выбор для Анны

Кровать больше напоминала шкаф из резного дерева, туалетный столик поражал массивностью, а вместо письменного стола стояла резная молитвенная скамеечка, внутри которой притаились чернильница и стопка бумаги. Анна неспешно обошла помещение, радуясь тому, что оно достаточно просторно – будет где размять ноги. В камине уютно потрескивал огонь, в кувшине нашлась свежая вода, поверх покрывала лежала длинная и теплая ночная сорочка…

Традиционно, невесте полагалось провести день в чтении книг о святости брака, а после бдеть всю первую ночь, молиться духам рода, взывать к покровительнице брака или петь гимны. День Анна провела за написанием писем, а вечером ощутила такую усталость, что даже отказалась от ужина. Все предыдущие недели так измотали девушку, что, махнув рукой на правила, она умылась, переоделась и легла спать, намереваясь хорошенько выспаться. Ее сон никто не потревожил. Только постель поутру оказалась вся засыпана белыми лепестками розы.

Служанка, принесшая завтрак всплеснула руками и радостно объявила:

– Ах, леди! Духи рода подтвердили Вашу чистоту! – поставив поднос, горничная убежала делиться новостью.

Анна размяла в пальцах белоснежные лоскутки, пожала плечами, завернулась в одеяло и снова уснула, ей казалось, что сладкий аромат розы – это тоже сон.

Вардэна задрапированные в простыни «духи дома» вытаскивали из кабинета. Герцог все порывался закончить какие-то распоряжения, но нахальный братец скрутил его, ткнув пальцами в солнечное сплетение и под одобрительные возгласы других «духов» вытащил упирающегося жениха в коридор.

Вести сердитого жениха «духам» было не интересно, поэтому его взвалили на плечи и протащили почти по всему зданию с гиканьем и диким воем, поддерживая легенду о злобных духах, с которыми воюют те, кто обеспечивает брачующимся «три дня тишины». Затем Хэвишшема втолкнули в полутемную спальню, которую освещал только разожженный камин, а потом долго смеялись и завывали под дверью.

Очутившись в одиночестве, герцог уже разлегся на кровати, даже не сняв камзол. Возобновленное лечение его ран по настоянию Анны, подготовка фамильного замка к медовому месяцу, светские обязанности, навалившиеся за месяцы «жениховства» утомили его не меньше чем короткая служба в армии, куда он сбежал вопреки воле отца в нежные шестнадцать лет. Невеста разделяла с ним трудности, всегда поддерживала и нещадно гоняла на спаррингах, но ее взяла в оборот леди Марч, вводя в светское общество на самом высоком уровне, так что девушка порой засыпала за ужином, или отказывалась от завтрака, надеясь урвать лишние двадцать минут сна.