Зачем цветет лори

Единственная радость, аид ее не трогал. Оникс даже не знала, радоваться такому повороту или пугаться в ожидании худшего?

Еще девушке показалось, что их компания не просто следует в Град, а имеет какую-то цель, отличную от доставки раяны Владыке. Впервые она задумалась о том, как именно аид получил ту рану, что привела его в обитель. В бою? Каком? Почему он был один, без своих верных псов? Что делал в их глуши, далеко на севере?

Не то чтобы эти мысли сильно занимали ее, но Оникс хваталась за любую возможность, во-первых, думать, а не поддаваться унынию, а во-вторых, любая ниточка, любая зацепка может стать ее дорогой к спасению.

Оникс выросла там, где остальные умирают, и это сильно способствовало оптимистичному взгляду на жизнь.

Несмотря на то что двигались они с севера на юг, порой Оникс казалось, что все наоборот. Когда они выезжали из обители, леса лишь мягко золотились, а воздух был по-летнему теплым. Однако с каждым днем их путешествия становилось прохладнее, и девушке казалось, что с тяжелых свинцовых туч вот-вот повалит снег.

Сегодня погода выдалась особенно мерзкой, похолодало так резко, что на все еще зеленой траве кое-где лежал иней.

И девушка мерзла, несмотря на то что была укутана в меховой плащ. Она тряслась и мечтала поскорее добраться до какого-нибудь поселения, выпить горячий травяной настой и залезть под одеяло. Сегодня ее даже не страшили мысли о будущем, больше волновало настоящее, а именно холод, что пробирал до костей.

Она не поняла, почему они остановились, подняла голову, выглядывая из глубины капюшона. Одним движением Лавьер подхватил ее и усадил в седло перед собой.

— Не дергайся, — сказал он, плотнее укутывая ее в плащ и прижимая к своей груди.

Оникс затихла. Спорить с аидом было бессмысленно, к тому же у нее так замерзли руки держать поводья, что спрятать их под плащ было в радость. Девушка не задумывалась над мотивами его поступков. Зачем? Понять их она не могла.

Она просто откинула голову и закрыла глаза, чувствуя, как обволакивает ее тепло мужского тела. Греться о тело своего мучителя было странно, но Оникс воспринимала это так же, как снимала одежду с умирающих путников — с позиции практичности. Если это помогает выжить, да будет так.

Остановились на ночлег в добротном гостевом доме. Приехали к поселению уже в темноте, и Оникс не особо разглядела городок. К тому же все они были похожи, от городских ворот из тесаных бревен до постоялых дворов.

Лавьер кинул поводья прислужнику и спустился, держа девушку на руках.

— Я сама могу ходить, — огрызнулась она.

Удивилась, что мужчина отпустил и даже отвернулся. От ужина Оникс отказалась и сразу ушла в комнату, что ей выделили, не замечая, как пристально аид смотрит ей вслед.