Зачем цветет лори

— Я бы с удовольствием держалась подальше от всех вас, — прошептала Оникс, когда дверь за Сумеречным закрылась.

Но к вечеру аид не вернулся. В то время, когда Гахар и Ар настороженно переглядывались в ожидании своего господина, он шел по грязным бедным кварталам Тайлесса. Своего стража, четвертого пса, аид оставил в одном из гостиных домов ожидать связного, а сам ушел на окраину города.

Чем дальше от центра он удалялся, тем грязнее и уже становились улочки, мостовые сменились обычной грязью, в углублениях по краям текли людские испражнения. Здесь стоило быть особенно осторожным, так как в любой момент из темноты мог выскочить наемный убийца или домовитая хозяйка могла вылить на голову путника ночной горшок.

И Лавьер предпочел бы наемника.

Он вышел к большому дому, из окон которого доносилась громкая музыка и пьяный смех, и вошел внутрь. На аида сразу обрушилась мешанина из запахов и звуков, хмельные голоса и неискренние стоны, обычная атмосфера публичного дома. Но не увеселения привели Лавьера на окраину Тайлесса, и он бесшумно скользнул в сторону от холла, освещенного приглушенным светом масляных ламп, накрытых красными абажурами, и шагнул в темноту.

И лишь только толкнул маленькую боковую дверцу, почти неприметную в стене, как его шею обвили тонкие руки, и к лицу прижались теплые губы.

— Надо же… Неужели ко мне в гости пожаловал темный, — прошептала девушка.

Лавьер убрал нож, который прижимал к ее горлу.

— Моргана, тебе стоит внимательнее относиться к гостям, — с насмешкой протянул он. — И не стоит бросаться на них из темноты. Я мог и не удержаться.

— Не лукавь, Ран, — рассмеялась девушка, — ты знал, что я тебя встречу.

Неужели соскучился?

Лавьер отлично ориентировался в темноте и, спокойно убрав руки девушки, прошел по комнате и сел в кресло.

— Мне нужна информация, Моргана, — сказал он.

— Информация… всегда только информация! — горько прошептала она. — Я ведь запретила тебе приходить за этим!

Зашипел фитиль лампы, огонек взметнулся, осветив комнату с простой обстановкой и девушку: высокую, темноволосую, с большим ярким ртом и светлыми глазами. Аид улыбнулся. Прорицательница всегда была красавицей, и этот рот доставил ему немало приятных минут.

Сейчас девушка стояла, уперев руки в бока, и поджимала губы, рассматривая мужчину.

— Правда? — усмехнулся он. — Не помню, чтобы меня это когда-нибудь останавливало. И конечно, ты снова скажешь мне все, что я хочу узнать.

Он разрезал запястье и опустил руку, позволяя крови капать в круглое стеклянное блюдо. Магия Сумеречных в их крови. Девушка скривилась.

— Я не хочу этого делать, Ран. Ты знаешь, что я больше не делаю этого! Это слишком… тяжело! Прошу, не заставляй меня…

— Иди ко мне, Моргана.