Женщина отца

Посторонним и незнакомым. Перед глазами поплыло, и я вцепилась в комод, так удачно подвернувшийся под руку.

Несколько раз моргнула, возвращая себе возможность говорить. Вздернула подбородок и прожгла этого упыря взглядом. Вот знала же, что люди с возрастом не меняются. И все равно повелась на него.

– Сама справлюсь. Счастливо оставаться, Антоша.

С этого момента человек перестал для меня существовать. Напоследок громко хлопнула дверью и с каким-то извращенным удовольствием отметила, что он не кинулся меня догонять. Не окликнул. И не принялся извиняться за сказанные слова.

Как попаду в квартиру, я понятия не имела. Да мне было похрен, мягко говоря. Стоило выйти на свежий воздух, копившиеся слезы хлынули непрерывным потоком, смывая остатки эйфории после проведенной ночи.

Мне было плевать, как я выгляжу. Плевать на косые взгляды соседей. Хотелось просто оказаться в квартире и забыться. Скрыться от посторонних глаз. Но фортуна была явно сегодня не на моей стороне.

– Лика, – знакомый обеспокоенный голос резанул по сердцу, —ты где пропадала, малышка?

Виктор схватил меня в охапку и прижал к надежной груди. Я судорожно втянула воздух.

«Только не реви! Только не реви!» – мысленно посылала я себе приказы разумом.

И как меня угораздило так вляпаться? Полный бред. Постепенно глубоко засевшая истерика испарялась, и мне становилось легче дышать.

– Расскажешь, что произошло и почему ты в таком виде?

Окинула себя взглядом и у меня вырвался рык. Мужская одежда выглядела странно и неуместно. Подняла виноватый взгляд на мужчину и закусила губу от досады. Меня распирало выдать Виктору всю правду, но я заставила себя сдерживаться. Это ни к чему.

– Вчера пришла твоя жена. Снова закатила мне скандал. Просила, чтобы я оставила тебя в покое.

Виктор устало прикрыл глаза рукой и повел меня в квартиру. На счастье, у него был с собой запасной комплект.

– И что она на этот раз?

– Ну, – я облегченно выдохнула, оказавшись на знакомой территории, и направилась прямиком в комнату, – сказала, чтоб я проваливала из твоей жизни по-хорошему.

Я выкрикивала это все, пока натягивала закрытую футболку, помня о засосах и укусах. Натянула любимые леггинсы, игнорируя болезненный укол в груди. Сама виновата, нехрен было уши развешивать. А то напели дифирамбы, а ты и потекла.

Всмотрелась в свое отражение. Губы искусаны, небольшие синяки под глазами, гнездо выглядело бы привлекательнее моей нынешней прически. Как смогла, пригладила выбивающиеся пряди и направилась в гостиную. Виктор сидел на диване и внимательно всматривался в телефон. Но, услышав мои шаги, вскинул голову.

– Да уж, она в последнее время сама на себя не похожа. Знаешь, я уже тысячу раз пожалел, что тогда ушел к ней от матери Антона.