Злобный рыцарь (СИ)
Ну, ч-ч-ч, я просто подержу тебя, как большую бородатую ляльку!
По ступенькам затопали ноги спускающегося флинта из "мазератти", и Костя поспешно огляделся. Вроде бы он стоял в том самом месте, куда тогда устремился ошалелый от ужаса взгляд хранителя, но не видел ничего, кроме легких сумерек, ленивого танца редких снежных хлопьев и покачивания ореховых ветвей. Он сделал шаг влево, потом вперед, позади хлопнула дверца машины, и Костя с трудом сдержался, чтобы не обернуться. Он знал, что тот, из прошлого, сейчас смотрит на "мазератти". Он не хотел бы увидеть выражение его лица.
- Здесь ничего нет! - крикнул Костя, все же повернувшись. К счастью Евдоким Захарович действительно не смотрел на вариант Кости из отпечатка, но сейчас он не смотрел и на место предположительного размещения бегуна. Синебородый почему-то смотрел на магазинные двери, и его лицо казалось озадаченным. - Я никого не вижу! Эй, Захарыч!
- А?! - тот резко дернул головой, точно проснувшись.
- Елки, мужик, это ты что ли?!..
Костя взглянул на самого себя, идущего к машине, как робот, и машинально отметил, в каком бешеном мельтешении пребывает сейчас окружающее его смешение туманных цветов. Следом семенил Гриша, тряся его за плечо и вопрошая, что с ним - Костя этого даже не помнил. Оглянувшись, коллега раздраженно посмотрел сквозь него, потом в сторону магазина, и тут хранитель в машине закончил шевелить губами, и Костя вновь увидел тот перепуганный взгляд, уткнувшийся в то самое место, где он сейчас стоял.
Нет, стоп! Хранитель смотрел немного выше, куда-то над его головой, и теперь Костя различал в его взгляде не только предельный ужас, но и предельное же изумление, словно хранитель увидел то, чего быть никак не могло. Судя по направлению взгляда, его конечной точкой было нечто на крыше гаража позади Кости, и Денисов, охваченный мстительно-охотничьим азартом, тут же позабыл все наставления Евдокима Захаровича и, издав злобное рычание, взвился в прыжке, рассчитывая приземлиться прямо на покатую крышу.
Это произошло, когда его ноги уже почти коснулись ската. В прозрачном сумеречном воздухе прямо перед ним, из ниоткуда, открылись вдруг глаза. Самые обычные человеческие глаза, смотревшие сквозь него с откровенно тоскливым выражением. Глаза чуть покачнулись из стороны в сторону, словно тот, на чьем лице они помещались, недовольно покрутил головой.













