Злобный рыцарь (СИ)

Окончание диалога Костя не дослушал - позабытый поводок рванул его, он, взмахнув руками и выронив все, что держал, полетел спиной вперед и чуть не врезался в какого-то мальчишку - вернее врезался бы, если б неожиданно возникший перед ним человек не оттолкнул его, так что Костя изменил траекторию и, пролетев сквозь сосну, шмякнулся на землю. Балахон завернулся ему на голову, Костя забарахтался, пытаясь высвободиться, и в таком положении его протащило еще несколько метров, прежде чем Георгий вздернул его на ноги.

- И как мне работать в таких условиях?! - прошипел Костя, свирепо одергивая свой наряд.

- Как всем! - Георгий сунул ему обратно поводок и скалку. - Вот это в руках держать надо! Мне стоило больших трудов все это достать! А ты, - он обернулся к хранителю мальчишки, уже удалявшемуся бодрым шагом, - чего руками размахался?! Ничего б твоему флинту не сделалось!

- Почем мне знать, что у этого придурка на уме?! - огрызнулся тот. Только сейчас Костя, теперь пытавшийся идти спиной вперед, чтобы и не упасть, и не упустить ничего из вида, смог оценить его наряд - высокий черный цилиндр, черный смокинг и черная, развевающаяся на ветру крылатка.

- Господи, - изумился Денисов, - прямо какой-то граф Дракула!

- Придержи язык! - сурово велел "граф". - А ты, Андреич, приглядывай за своим олухом! И пусть скажет спасибо, что я ему, - он погрозил Косте чем-то, определенно похожим на ручку лопаты, - не приложил как следует!

Костя хотел было ответить, но Георгий поспешно зажал ему рот ладонью.

- Пока ты ничего не умеешь, учись себя сдерживать! - пророкотал он. - Киселев - хранитель очень сильный, враз тебя может раскатать!.. Кстати, до восемьдесят девятого один из старейших судостроительных возглавлял!

Тут Костю снова рвануло - пытаясь смотреть во все стороны сразу, он никак не мог примериться к длине поводка, да и вовсе забывал про него каждую секунду.

На этот раз он устоял на ногах и теперь следовал за своей персоной боком, крутя головой туда-сюда - и повсюду вокруг него спешил на работу утренний люд, и вместе с ними спешили их хранители. Они шли перед своими персонами и позади них, они восседали у них на плечах, они что-то шептали им на ухо или болтали друг с другом, одетые невероятно разнообразно - от обыденных костюмов и домашних халатов до платьев с кринолинами и римских тог. Очень быстро Денисову стало казаться, что он идет не по улице, а по бесконечной театральной сцене, на которой разворачивается некое масштабное гротескное действо. Многие хранители фыркали при виде его облачения, но большинство, кстати, вовсе не обращали на него внимания. Не удивительно - по сравнению с иными Костя был одет довольно тускло и даже обыкновенно.

Сама улица тоже выглядела иначе - и дело тут было не в том, что этот район Косте был практически незнаком.