\

— О, так вот кого я вчера видел. Хм, а мне подумалось, что это актриса из цирка или курьер из какого-то магазина с розыгрышами.

— Если бы. Самое противное, что она отцом крутит, как хочет, — Карина села на коврик, лежащий прямо на снегу и села на него. — Он ей буквально в рот смотрит.

— Если мужчину ухватить за нужное место, то можно из него верёвки вить, — согласился учитель. — Что ж, попробуем справиться с агрессией. Вот только…

— Что? — не открывая глаз, спросила Державина.

— Идёт эта ваша яркая особа прямо к нам.

— Час от часу не легче, — поднимаясь, сказала Карина.

Она подумала ещё о том, чтобы встать в боевую стойку, но быстро решила, что это будет выглядеть по-детски с её стороны. А уж этого перед баронессой она себе позволить не могла. Поэтому просто встала, опустив руки вдоль тела.

— Ах вот ты где, несносный ребёнок! — заявила Матильда, подходя. — Почему мне приходится тебя по всему небоскрёбу искать? На звонки не отвечаешь, там, где должна быть, не находишься.

— Я нахожусь ровно там, где должна быть, — сухо проговорила Державина. — У меня в это время всегда тренировка с мастером Ван Ли.

Как и вчера, и за неделю до этого. И также, как будет завтра и послезавтра.

— Насчёт завтра, это я сильно сомневаюсь, — состроив мерзкую улыбку, выдала фон Боде. — Я же говорила тебе, что девочкам не пристало заниматься никакими тренировками, кроме разве что почтительного обращения к старшим. А с этим у тебя явные проблемы. Поэтому я отменяю твои тренировки с этим азиатом и назначаю уроки этикета. Преподаватель уже ждёт. — А ты, — она ткнула указательным пальцем в учителя, — можешь быть свободным.

Девочка в твоих уроках больше не нуждается.

— Не понял, — ровно проговорил Ван Ли.

— Ты уволен! — с выражением исключительного самодовольства заявила Матильда.

— Вы меня не нанимали, чтобы увольнять, — улыбнулся ей мастер из Поднебесной. — Поэтому прошу вас покинуть наше общество, чтобы не мешать тренировке сознания.

— Что ты сказал? — баронесса прищурилась. — Я сейчас Сашеньке пожалуюсь, он тебя мигом так пнёт, что до Пекина своего лететь будешь!

— Александр Игоревич также не является моим нанимателем, поэтому весь ваш эмоциональный накал расходуется впустую.

Он подобен ручьям от тающего снега, уже через день никто о них и не вспомнит.

— Так, — твёрдо сказала баронесса, — кажется, в сердце моего дома зреет очаг мятежа. Но ничего, и не с таким справлялись. Сколько это ваше непотребство ещё будет длиться?

— Не менее часа, — Ван Ли чуть склонил голову, но не так, как делал это при виде ребят, а слегка на бок. Выходило, что он вроде бы потешается над женщиной, но в своей исключительной манере.