\

Но стоило мне зайти, как Морф прокричал:

— Я нашёл! Нашёл!

— Что нашёл?

Трактат открылся на середине. Я опустил взгляд к страницам, и у меня чуть челюсть не отвисла. Да, пожалуй, за такую находку надо ещё пару литров крови трактату заказать.

Глава 8

Месть

Пока меня не было, Морф изучил взятую в аренду книгу о древних артефактах. Трактат сделал короткую выжимку и вывел конспект чернилами из крови на своих страницах.

Здесь была целая глава об обратной расшифровке заклинаний. А именно это я искал. Из написанного я выяснил, как составить схему обратного заклинания.

Но требовался ключ. Особое магическое слово, придуманное при создании первого живого артефакта в моём роду. А знал его только тот, кто уже триста лет, как мёртв. Походу, придётся всё-таки искать некроманта. А так не хотелось. Но, благо в академии достаточно магов смерти, с которыми можно договориться.

Займусь этим уже после дуэли.

Увлёкшись изучением материала, совсем потерялся во времени. Опомнился лишь от стука в дверь.

— Кто там? — прокричал я.

— Это Юля! За тобой там секундант Черепахова пришёл!

— Уже иду.

Я закрыл книгу и сказал Морфу:

— Если вдруг я не вернусь, что маловероятно, передай эти знания кому-нибудь из наших. Лучше — Мариссе. Она быстро всё поймёт.

— Чего это я должен ещё кому-то служить?

— Да будет тебе кровь. Завтра должны привезти!

— А, ну тогда ладно.

— Вот же ты продажная книга, — усмехнулся я и вышел из комнаты.

— Я не продажный. Просто у меня аппетит ещё с прошлой жизни хороший.

— Это я заметил.

Я позвал Ваню, который ждал меня в гостиной, читая книгу про воздушную магию, и мы вместе вышли из апартаментов.

Секундант Черепахова в форме слуг академии ждал меня у лифта.

— Опаздываете, Сергей Александрович. Господин вас уже полчаса ждёт, — сказал мне краснощёкий парень."

"— Ещё никто на моей памяти не спешил умереть. Твой хозяин первый, — усмехнулся я.

Парень промолчал. И молодец. Нечего с аристократами в конфликт вступать, я же и за его увольнение подсобить могу.

Слуги в академии не просто так ведут себя максимально учтиво. Тут такие правила, что три выговора и увольнение. А один выговор равен жалобе аристократа.

Конечно, директор рассматривает каждую жалобу лично, но что-то мне подсказывает, что он отнюдь не на стороне простолюдинов.

Шли по аллее к статуе, и слуга Черепаховых выбился вперёд. Погода стояла тёплая. Но настроение не позволяло ей насладиться. Важные дела не выходили у меня из головы.

Ваня тихо спросил у меня, чтобы он не услышал:

— Господин, я могу вмешаться, если что-то пойдёт не так?

— Что может пойти не так? правил нет. И бьёмся мы насмерть.

— Ну, не знаю. Какая-нибудь подстава.