\

Я изучил сотни книг и даже вызвал душу покойного Алексея Борисовича Акулина. Как вернусь, смогу провести ритуал.

— Как ты вызвал его душу? Для этого же надо иметь доступ к телу…

— Да, — я перебил его. — Пришлось наведаться в наше старое поместье. Я заключил сделку с Вербеновыми, но они не стали держать своё слово. Поэтому мне пришлось убегать от жандармов.

— И как мы объясним императору, что для того, чтобы нарушить данную ему клятву пришлось нарушить ещё один запрет?

Лицо отца покраснело от злобы. Я уже был готов в любой момент использовать успокаивающую руну.

— Отец, я прошу довериться мне, как своему наследнику. Со всеми можно договориться. И с императором тоже. А иного выбора у нас нет. Иначе через пару лет Вика обратится в камень. А пока есть надежда спасти не только её, но и мать.

При упоминании матери глаза отца заблестели. Он слегка расслабился. Вот что делает с людьми всего лишь толика надежды на лучшее.

— Хорошо, сын. Ради наших девочек я доверюсь тебе. Не подведи.

— Не подведу, — пообещал я.

В девять утра мы с отцом стояли возле главного входа в поместье одетые в лучшие свои костюмы.

Аркадий Викторович не заставил себя долго ждать. По академии вообще ходили слухи, что директор никогда не опаздывает.

Его сопровождала девушка-порталист. Та самая, которая учила Вика этому столь непростому умению.

Она перенесла нас прямо в имперскую канцелярию. Пожалуй, такого дорогого убранства, я ещё нигде не видел.

Мы долго сидели в приёмной императора. Тут было много аристократов, и у всех назначено ко времени. Кому-то уделяли полчаса, а кому-то не больше десяти минут. Да как ещё император не свихнулся от постоянного решения стольких проблем? Впрочем, на то у него есть свои советники.

— Акулины! — позвал нас секретарь ровно в полдень.

Мы прошли в приёмную императора.

Посреди помещения стоял стол, за которым восседал сам Пётр Алексеевич Кречет. На нас он не смотрел. Его взгляд был опущен в папку с бумагами, переданную службой безопасности. Двое её представителей стояли за его спиной.

— Акулины, подходите ближе, — велел император.

Мы подошли и поздоровались, как того требовал этикет. Синхронно поклонились.

— Александр Борисович, объясните мне, почему после того, как вы объявили Сергея своим наследником, его имя постоянно мелькает в отчётах и всевозможных доносах?

Хитрый вопрос.

Вроде и не обвиняет, но объяснений требует.

Отец не успел и рта открыть, как я решил вмешаться. Да, это было слишком нагло. Но того требовали обстоятельства.

— Ваше императорское величество, позвольте мне самому отвечать за свои действия.

— Позволяю.

Император говорил тихо, но от его тона пробирали мурашки. Мне стоило больших трудов уверенно держаться.