\

"

"Хотя терпеть всё равно приходилось. Поскольку выпускали их изредка, а в этой тесной повозке никаких отверстий не было. Только пара щелей для вентиляции. Из-за этого, кстати, внутри даже дышать было тяжело. А ещё всё провонялось хуже некуда. Стальная крыша над головой накалялась до предела, словно как духовка. Днём оба пленника были мокрые от жары, а ночью замерзали, сжимаясь по углам.

В таких адских условиях, они, казалось, провели целую вечность. Скорбная повозка ехала и ехала, а им удавалось как-то оставаться в живых. Хотя, оба уже находились в каком-то жутком полубреду.

Всё это было, словно, какое-то чистилище.

Но всему приходит конец. И это путешествие вдруг закончилось, причём очень неожиданно. Просто в один момент дверь распахнулась, и снаружи повеяло не свежим воздухом, а затхлостью подземелий.

Карета стояла где-то под землей, в каких-то катакомбах. Дрожащий свет масляных ламп разлетался под каменными сводами. Капала вода с кирпичей потолка на гнилые доски пола. А большие колеса повозки проваливались в труху, оставляя там две колеи.

Первым вытащили парня. Рыцари дёрнули за цепь, и он просто вывалился на пол.

Несчастный уже почти не мог ходить самостоятельно, настолько отвык. Медленно ковыляя, Валера прошёлся чуть вперёд и пугливо огляделся по сторонам, пытаясь понять, где оказался.

По следам на полу было ясно, что приехали они со стороны массивных ворот в стене. Засов на них был мощный, рядом стража стоит. Позади вытянули Чизмана, тот вывалился из кареты, зазвенев своими цепями.

– Эй! Сюда! – какой-то здоровый рыцарь схватил парня. Сунул ему в рот веревку и затянул на затылке. А сверху ещё мешок накинули, хотя и так тут рассматривать нечего было.

Программист что-то замычал, пока Валере стягивали руки. Кажется, его тоже всего связали.

– Вперед! – заорал на них кто-то другой. Этот дёрнул за цепи так, что парень плюхнулся на пол и ударился лицом об доски. Его резко подняли за колодку и поставили на ноги. Попутно пнули под зад, чтобы шёл быстрее.

На ощупь, едва шевеля ногами, он двинулся туда, куда его тащили. Кандалы позвякивали на каждом шагу. Разлетался эхом звон по подземелью.

Воздух становился всё сырее и сырее. Дышать сквозь мешок было тяжело. Ещё эта вонючая веревка во рту.

Вцепился в неё зубами со злости. Но не перекусишь – целый канат, блин!

Тащат ещё куда-то! Неужели в пыточные? Нога вдруг не нащупала твердой поверхности. Парень полетел вниз. Ударился в стену и пошатнулся. Ага. Ступени! Хоть бы предупредили! Но их надсмотрщики об этом и не думали, только упрямо тянули за собой. Ступеней здесь было много. Потом площадка, на которой повернули в сторону, а затем ещё ступени. Глухо хлопнула дверь. Потом решётка скрипнула. Ещё одна. Опять идут. Снова ступени. Скользкие и кривые.