\

Где-то рядом, за невысоким каменным заборчиком, протопали рыцари Святого Воинства, освещая себе путь факелами. Патруль прошёл мимо и скрылся за углом.

– Идём! – прошипела Теллари.

Валера задумался о том, куда они его тащат?! Ему вообще был дарован второй шанс, чтобы служить церкви. И сам он уже почти смирился с этим. Ведь его жуткие раны были исцелены. Более того, он немного боялся, что они вновь раскроются, если эта клятва будет нарушена. Но самого парня никто не спрашивал. Фенрис просто нёс его, будто бы какую-то сумку или рюкзак.

Они промчались по улице к какому-то каналу.

Девушка впереди скрипнула решёткой. И сразу всё стало ясно. Ещё до того, как пахнуло зловонием. Снова канализация. Здоровяк пролез внутрь, во тьму этих туннелей.

– Фух, – выдохнула Теллари, – мы справились! Ты идти сможешь? – спросила она Валеру. Тот кивнул. Фенрис сразу же скинул его на грязный пол.

Парень поднялся и с трудом отряхнулся. А его спутники уже затопали вперёд. Поглядев на рассветное небо, виднеющееся сквозь канализационную решётку, Валера потопал следом. В любом случае возвращаться назад в лечебницу было глупо.

Да и не выйдет уже, пробуй, проберись до неё по этим улицам.

Снова эти грязные, вонючие туннели. Редкие мостики, среди каналов, заполненных грязной жижей. Поднимается от них это мерзкое зловоние. Капает сверху грязная вода, пытаясь попасть за шиворот. Пищат где-то в глубине крысы. Висят корни какой-то мерзкой растительности, пролезая через щели в потолке.

Пройдя по шатким деревянным мосткам и скользким каменным бортикам, они добрались до уже знакомой разбухшей двери.

Фенрис ударил по ней плечом, упёрся в пол и, скользя сапогами по камням, с трудом сдвинул её.

Настолько, что они смогли пролезть внутрь.

– Ага! Вернулись! – выпалил Чизман, вскакивая на ноги, – живой!? – заорал он, подходя к Валере. Хлопнул его по плечам и утвердительно заверил, – живой! А мы тут с ума сходим, – махнул головой в сторону Ивори. Та, была ещё печальнее, чем обычно. Глаза красные, даже та непонятная тушь, которой она их красила, потекла.

– Рад видеть, – донеслось из другого угла. Парень глянул туда и в полумраке заметил Пьера, сидевшего на каких-то тряпках. Толстяк осунулся и был весь перемазан грязью.

Взгляд у него какой-то затравленный.

– Сработали эти ваши снадобья, да?! – прищурился программист, – ух, полазили мы, чтоб их найти.

– Нет, всё зря, – небрежно отмахнулся Фенрис. Плюхнулся на табуретку, запустил руку в рюкзак. Нащупав там какой-то сухарь, он вытащил его и принялся грызть, – они не понадобились.

– А, – протянул Чизман, – по касательной задело? Или вообще не зацепило?

– Нет, – отрешённо покачал головой Валера, огляделся, нашёл какой-то табурет и уселся на него. Его слегка мутило.