\

Только ты не моя мать, — холодно ответил я.

Она злобно ухмыльнулась.

— Я породила это тело, но не тебя. Ублюдок.

Её рука загорелась пламенем, но кожу мне не обожгла. Помог браслет с защитой от физического урона, который я забрал из дома Ершовых.

Чтобы остудить её пыл, я нагнал воды в помещение. Она зависла плотным облаком тумана. Капли осели на потолке и стали падать на нас, словно в помещении пошёл дождь.

— Ты позор для рода убийц, — продолжила она.

Только вот вывести меня на эмоции во время схватки было не такой уж простой задачей. Я сам любил эту стратегию и не собирался поддаваться чокнутой женщине.

— А ты не достойна носить свою фамилию, — усмехнулся я. — И я бы убил тебя сразу. Здесь и сейчас. Но оставлю эту честь другому.

— Своему отцу? Да он любит меня без памяти, — рассмеялась она и вырвала руку. — Этот сопляк опустил наш клан на самое дно океана.

— А ты загоняешь его ещё глубже. Предательница.

— О нет. Я возрожу наш род. В его былом величии. На крови.

В глазах матери блеснули безумные нотки. Я уже видел такое о помешанных на своей идее убийц. Но здесь всё было куда хуже.

Вода попала на пентаграмму, и капли крови стали струйками подниматься с пола и складываться в несуразную фигуру чудовища. Он походил на демона из религиозных книг, которые я читал в прошлой жизни.

— Убей его, — раздался приказ хозяйки.

— Убьёшь своего сына? — усмехнулся я.

— Ты мне не сын. Слишком чистый твой разум. Не вижу здесь своей работы.

Моё лицо искривилось от осознания.

— Но зачем проклинать собственное дитя?

— Чтобы не мешал. Как сейчас это делаешь ты.

* * *Вика перенеслась в гостиную родового поместья Акулиных.

Отпустила руку Нурлана, который и остался стоять неподвижной статуей.

Девушка ринулась наверх. Добежала до спальни отца и громко постучала. Не дожидаясь ответа, раскрыла дверь.

И вошла с ошарашенными глазами.

На большой кровати вместе с её отцом лежала Елизавета. Женщина натягивала одеяло, чтобы прикрыть обнажённую грудь.

— Папа! Нас предали! — громко заявила она.

— Это не может подождать до утра? — раздражённо спросил он.

— Нет! Скорей собирайся. Иначе наша мать убьёт Сергея.

Эти слова подействовали, и глава клана вскочил с кровати.

А Вика покраснела и вышла из спальни. Хорошо, что она прикрыла глаза и не увидела ничего, о чём бы потом пожалела.

— Я иду с вами, — сказала Елизавета, выходя из спальни отца."

"Женщина накинула лёгкое белое платье, а вот взъерошенные волосы поправить не успела.

— Только будьте осторожны, — взмолилась девушка. — Моя мать обезумела.

— От безумства нет целительского заклинания.

— Знаю. Ей поможет только смерть.

— И ты так легко об этом говоришь.

— Вы её не видели.