\

— А я говорил, что жив! — рассмеялся другой, — а вы мне твердили, что он сдох! Ха!

Но самому парню было наплевать на их речи. Он глянул в одну сторону, но разглядел там лишь проход с покрытым резным орнаментом косяком, а потом сразу же обернулся в другую.

Там, на большом стуле, что возвышался над столом, сидел Фенрис. На его тёмных волосах было нечто вроде золотого обруча. Северянин, казавшийся таким большим в Великом Доре, здесь был едва ли не самым маленьким. Он с хмурым видом опёрся на кулак и задумчиво уставился прямо на Валеру.

— Ба! Я же знаю тебя, — на лице здоровяка вдруг появилась кривая ухмылка, — какая встреча! Рад, что вы тоже выбрались из этого Великого Дора!

— Но ты, ты… — рассеяно начал несчастный, едва переводя дух, — ты же…

— Хватит! — громогласно воскликнул Фенрис, — лучше заткни свой рот пищей, что даёт тебе добрый хозяин, — он с радушием развёл руками, — северные ветра почти выдули из тебя жизнь, но вкусив мёду, ты сможешь восполнить свои силы! Дайте ему мяса и налейте полный кубок!

Соседи по столу сразу засуетились.

Они пододвинули к гостю огромное блюдо, на котором лежал здоровый кусок мяса. Дали парню двузубую вилку и нож.

— Давай, ешь! — воскликнул один из них. Другой протянул полную кружку.

— Тёплый мёд! Самое то, после жутких морозов."

"Отказываться не было смысла. Валера взял тяжёлую кружку и чуть-чуть отхлебнул из неё, но тут же поперхнулся. Это была горячая, сладкая жижа, с сильным привкусом алкоголя. Градусов в ней было точно больше двадцати. Из-за этой приторности, мёд хотелось сразу же запить водой. Но от него по телу разливалось приятное тепло.

Сразу же появился аппетит, так что парень схватился за вилку и нож, нарезая себе здоровые куски. Мясо было сочным и очень жирным. Видимо, какой-то кабан или вепрь.

Вокруг снова начались всякие разговоры. Северяне начали обсуждать подвиги, рассказывать о своих победах и неудачах других.

Продолжая жевать пищу, Валера огляделся по сторонам. Сам зал находился будто бы где-то внизу, тут было два выхода напротив друг друга. И там, и там, вверх поднимались широкие деревянные ступени, заканчиваясь у тёмного прохода. На стенах, сложенных из толстых брёвен, висят разукрашенные круглые щиты.

С потолка свисают кованые люстры, усеянные свечами. Пол каменный, укрыт всякими шкурами, на которых стоит массивный деревянный стол. Все места за ним были заняты этими здоровяками. Похоже, здесь собралась целая куча бывалых воинов, но Чизмана среди них не было видно.

— Простите, — парень коснулся плеча своего соседа, — а где мой друг? Мы шли вместе.

— Твой друг? — нахмурился тот, обдав несчастного перегаром, — а! Был такой.