\

— Тогда пойдёт! — сразу же согласился владыка Каменора, — я за!

— Похоже, что это явная смерть, но…, — две королевы задумчиво уставились на клетку, презрительно прищурив глаза, — насколько она мучительная?

— Думаю, что от подобной смерти не будет такой боли, какую могут причинять ваши растения, ваше величество, — поклонился им Генрих Лирский, — но умирать эти люди будут тяжело. Только представьте, как они бредут по пепельной пустыне. Их губы давно пересохли, а лица обветрились. Несчастные страдают от голода и жажды, но они знают, что ничего в этих краях не найти.

Тела обоих истощены, однако смерть ещё только начинает кружить вокруг них… Подумайте о том, как отчаянье заполнит их души и весь оставшийся им срок они будут думать о том, что зря вершили эти злодеяния…

Эльфы переглянулись между собой, едва сдерживая злобные ухмылки и наконец закивали ушастыми головами.

— Мы согласны.

— Значит, все за! — подытожил правитель Тенерии, — как председатель этого суда, я объявляю, что Чизман и Валера за свои преступления отправляются в Пепельные Пустоши! Пусть небеса решают их судьбу! — он хлопнул в ладоши, и стражники зашагали к клеткам.

— Скажите, а мы сможем увидеть, как и их вышвырнут из этих Неотворимых Врат? — деловито осведомился король Ричард."

"— К сожалению, не сможете, милорд, — покачал головой советник Лиам, — потому, что их не вышвырнут. Их спустят. Врата никогда не открываться, да и они вообще не способны открываться.

— И все, кто присутствует на этом заседании, — радушно заявил Генрих Лирский и поднялся на ноги, — смогут посмотреть на это. И помахать им рукой на прощанье с высоты неприступной стены!

Валера ошарашено оглядывался по сторонам и не знал, радоваться ему или нет.

Вроде бы их не убили, но и участь впереди была страшнее некуда. И пока он думал об этом, его и Чизмана потащили прочь из тронного зала. Однако путь снова был другим. Их опять завели в ту комнату с одним большим столом, а потом сняли повязки и кандалы.

— Что думаешь? — удивлено спросил парень, когда рыцари вышли из комнаты.

— Не знаю, — Комаров огляделся кругом и потёр свои запястья, на которых остались следы от оков, — может быть, этот гад всё-таки нашёл выход…

Дверь распахнулась и попаданцев озарило яркое сияние.

Ангел снова запечатал проход и превратился в Даниила. В руках его был небольшой мешок.

— Итак, вердикт вынесен, — с печалью протянул он, накинув на себя скорбную улыбку, — однако я решил помочь вам.

— Отлично, — закачал головой Валера, — значит, ты заберёшь нас с этих пустошей?!

— Нет, — удивился тот, — я не буду спасать вас. Я помогу!

— Что это значит — не буду спасать?! — нахмурился Комаров, сжимая кулаки.