\

Просто так сложилось, что это горнило находится слишком близко к планете, а не где-то в центре галактики. Поэтому, когда здесь были масштабные бои, из-за огромного притока душ оно раскалялось и само по себе появлялось на небе. Конечно, нельзя сказать, что я ярый фанат насилия, но я всегда не прочь взглянуть на такой хаос. Так что постепенно мою скромную персону связали с появлением горнила и теперь это мой отличительный знак, – он улыбнулся и невинно развёл руками.

– Стой! – нахмурился Валера, с изумлением уставившись на него, – но ты ведь говорил, что в этом мире нет никаких галактик!

– Зато в вашем есть! – ответил ему тот. Попаданцы снова недоуменно переглянулись, но ничего спросить не успели. Из тумана показалась некая коренастая фигура, а потом к ним вышел Затворник.

– Кажется, у нас есть проблема, – заявил он, отряхиваясь от пыли.

– Что такое?! – поднялся на ноги Чизман, – это опять орки?

– Угу, – кивнул дворф, вытрясся песок из бороды, – я обошёл нашу армию и обнаружил, что около трёхсот штук подохли от испуга.

– Тьфу, – махнул на него Комаров, – они ведь плодятся, как сумасшедшие! Смерть это всегда печально, – он с опаской бегло глянул вверх, – но наша армия почти не пострадает, тем более их всего три сотни.

– Ты не понимаешь, – покачал головой бывший Великий Мастер, – я же рассказывал, что при смерти серокожие инстинктивно откладывают личины. Так что теперь у нас триста будущих орков, самым ярким воспоминанием которых будет огромный взрыв.

– Погоди, – Валера резко выпучил глаза, – именно это ведь и случилось с Джухом, да?!

– Именно, – кивнул хозяин Трезубца, – прямо перед его рождением было замечательное и красочное извержение!

– Значит, – Чизман задумчиво закусил губу, – у нас теперь три сотни помешанных на взрывах орков.

– Угу, – кивнул Затворник, – вот я и думаю, что с ними делать? Уничтожить, как брак или позволить им вылупиться?

– Нельзя их убивать, – воскликнул Комаров, – это полезные кадры! Можно сделать из них гренадёров, чтобы метали взрывчатку!

– Или пусть будут камикадзе! – заявил Валера и тут же получил угрюмый взгляд от товарища.

– Кто такие камикадзе? – переспросил дворф, наморщив лоб.

– Ну, это, – парень замялся, отводя глаза в сторону, – это смертники такие…

– А, понял, – обрадовался вдруг Затворник и принялся потирать руки, – хорошая идея! Обвешаем их взрывчаткой и отправим прямо на врагов! Бух! – он с довольным видом щёлкнул пальцами.

– Это очень жестоко! Так нельзя делать, – сразу заявил Чизман, – имейте совесть!

– Жестоко было бы убить их сразу, а так они принесут пользу. И помни – самым главным для них будут взрывы.