\

Сила переходит к сильнейшему.

— Тогда говори, куда плыть.

— Вот ты неугомонный, — возмутилась Акула.

Она искренне не хотела вмешивать меня в свои дела. Но с помощью намёков я не оставлял ей особого выбора. Ведь без меня она не справится. Не с богиней сирен, а с другими, на кого прекрасно действуют мои проклятья.

— Я завяжу глаза водорослями и найду затычки для ушей, — предложил я.

— Это поможет. Но так ты ничего не увидишь.

— Увижу. Мне будет достаточно сосредоточиться на источниках воды.

— Ладно, я перенесу тебя через десять минут. Запасайся водорослями.

Вика дёргала меня за плечо, когда я вернулся к суровой реальности.

А пленённая сирена продолжала петь. И она была по-прежнему прекрасна, но что-то изменилось.

Теперь её голос лишь раздражал меня. Почти также, как яростные жесты сестры.

Вика пыталась что-то мне объяснить, то переставляла пальцы так быстро, что суть терялась. Я взял сестру за руку и остановил. Жестом показал ей успокоиться. Показал, что всё хорошо. И медленной перестановкой пальцев объяснил, что она должна будет подождать меня недолго возле пленницы.

Вике эта идея не понравилась. И уже размеренными движениями рук она начала спрашивать куда я, с кем и настолько.

Но я в ответ сделал лишь один жест, обозначающий «поговорим позже». Сестра надула щёки, но возражать не стала.

— Готово, — передал я Акуле по ментальной связи.

Мы были в водном мире, где власть моей покровительницы была максимальной. Поэтому для переноса в другую часть этой изнанки ей даже не потребовалось передавать мне портальный камень, как это было в прошлый раз.

Вода вокруг меня забурлила водоворотом, и через мгновение я оказался совершенно в другом месте.

Вокруг по-прежнему было сплошное море, но пейзаж изменился.

Здесь было глубже, а поэтому и темнее.

Я стоял на дне, словно на ногах были железные ботинки. Тело не стремилось всплыть, как делало это постоянно. А рядом стояла Акула. В облике женщины.

Она часто являлась мне не в виде рыбы, и каждый раз в ней что-то менялось. Магия становилась другой, как и внешность.

Кожа стала белее, а глаза уже. Одежды на ней не было. Лишь постоянно текущие потоки воды, скрывающее самое сокровенное в человеческой женщине.

Акула улыбнулась мне. А я завязал глаза. Затычками в уши послужили куски ткани, которые я оторвал от своих плавок по бокам.

Она взяла меня за руку, готовая провести к самому сильному существу этого мира. И я был готов. Увидеть её слабости.

Мы шли, не спеша. Песок под ногами был мягкий, тёплый. И никаких препятствий на пути. Будто здесь было мёртвое море. Одно-единственное в этом сплошном мире огромного океана.

— Я передам тебе её образ. Если хочешь, — заигрывающим тоном предложила Акула, словно в её словах было что-то непотребное.

— Хочу.

— Хах, все вы мужчины одинаковые.