\

Зато ожерелья из жемчуга русалки любили, поэтому именно такое украшение было на шее девушки.

— Не настолько срочно, чтобы не дать тебе переодеться, — улыбнулся я.

Марисса грозно посмотрела на Вику и вернулась в свою комнату, чтобы вернуться через десять минут в лёгком синем платье.

Вместе с ней в гостиную зашёл и Иван Иванович. Запыхавшийся старик еле смог выдать главный вопрос:

— Кто умирает?

А во взгляде магистра читалось полное непонимание, почему мы так спокойно сидим и пьём кофе, когда кто-то умирает, иначе к чему такая срочность.

— Уже никто. Но не могли бы вы осмотреть Светлану? Она отдыхает в своей комнате, — попросил я и кивнул на закрытую дверь.

— Конечно, — с облегчением выдохнул старик и направился в комнату графини.

Мы с девушками, не сговариваясь, пошли за ним.

Иван Иванович не стал будить девушку. Ему хватило положить руку на живот, чтобы озвучить свои выводы:

— У вас будет дочь.

— Что? — я не ожидал такой новости.

У него что в глазах встроенный аппарат УЗИ?

— Дочка у вас будет, — повторил магистр и улыбнулся. — В развитии нет никаких отклонений. А зачем вы меня позвали?

— У графини прихватило живот, когда мы были на ярмарке.

— Хм, там что-то произошло?

— Прорыв открылся.

— Тогда всё понятно. Стрессовая ситуация вызвала сильный всплеск гормонов. Сейчас, после вашей успешно проделанной целительской работы уже нет никакой угрозы них для матери, ни для ребёнка.

Я благодарно кивнул магистру. Не стал уточнять, что целительством не занимался, а лишь убрал проклятую энергию.

— А вот вас не помешает подлечить, Сергей Александрович, — с прищуром посмотрел на меня старик.

— Не стоит.

— А я настаиваю!

Он приблизился и поднял руку.

Его ладонь зависла в пяти сантиметрах от моего лица. Да, на нём были глубокие царапины и порезы после встречи с монстром, и то не от самого чудовища, а от ветра стихийного оборотня. Я и сам бы мог подлечиться. Только вот раны не болели, поэтому я о них благополучно забыл.

С губ старика сорвалось заклинание общего исцеления. А ладонь загорелась белым светом. Я ощутил, как на лице и руках затягиваются раны.

— Вот и всё! — уже через минуту магистр расплылся в улыбке.

— Благодарю, — кивнул я.

— Хорошо, что подлечили, а то вид у него был больно страшный, — прыснула Вика.

— Не настолько, чтобы Света испугалась до такого состояния, — ответила ей Марисса.

— Больше никого осмотреть не надо? — спросил Иван Иванович, смотря на девушек, стоящих позади меня.

Они в такт друг другу замотали головами.

— А то смотрите, у меня пока все пациенты разъехались, — продолжил Иван Иванович.

— Звучит угрожающе, — улыбнулась Вика.

— Да, без пациентов скучно. Может, тогда кто-нибудь хочет девственность вернуть? Всего одно заклинание и…

— Нет! — перебил я резким ответом.