\

— Вроде я взрослый человек, а наивно поверил, — произнёс князь.

— Мы часто не замечаем подвоха, если нам дать надежду, — ответил я.

Случай князя был не первым. В прошлой жизни я знал много людей, которые пошли на предательство, чтобы вернуть родных. Но были обмануты некромантами. Надежда их ослепляла.

А тут и я хорош. Поверил, что признаки бывают вменяемыми. Теперь не знаю, насколько можно верить его сведениям.

На лице князя читался тот же вопрос. Ведь он уже несколько месяцев записывал каждое слово библиотекаря.

Софья Павловна закашляла. Её тело изогнулось, и от него отделилась голубоватая полупрозрачная фигура.

Призрак мигом вернулся в горизонтальное положение, с тоской посмотрел на свои руки. Затем взглянул на нас и молниеносно скрылся, уплыв в потолок.

А женщина закрыла глаза, уходя в небытие.

— Позовите Ивана Ивановича! — бросил я тестю.

Князь достал мобилет и начал вызванивать магистра целительского факультета.

С помощью магической диагностики я удостоверился, что жизни Софьи Павловны ничего не угрожает. Решительно поднялся.

— Ловить его пойдёте? — спросил тесть.

— Мы же напрочь привязали его к библиотеке, поэтому далеко он не мог уйти.

Кулаки сжались. Ну я покажу этому призраку, как обманывать моё доверие!

— Может, его в магическую клетку посадим? — предложил тесть.

— И вы сможете доверять его сведениям после такого?

— Нет, — мотнул головой князь и оставил бумаги с рунами на столе.

А вместе с ними он оставил и надежду вернуть ту, кого искренне любил. Ведь после смерти супруги, князь так и женился во второй раз. И по рассказам Светы я знал, что перед сном он всегда просит у неё прощения, стоя перед окном. Испытывает вину за то, что сотворил с его женой тотем, поддавшийся тёмному влиянию.

Не знаю, как после этого он вообще не ушёл из рода. Сдаётся мне, что Нерпа бы не отпустила его просто так.

Смотря на князя, я передумал бежать на поиски призрака. Академия сейчас пустует, и он не успеет наделать делов. Тем более, за неимением материального тела, теперь он может разве что уборщицу напугать. А вот Аркадию Викторовичу требовалась моя поддержка.

Я подошёл к тестю, который сидел за столом, печально глядя на листки бумаги. Через мгновение они загорелись, оставляя на лакированной поверхности библиотечного стола лёгкий выжженный след.

— Должен быть другой способ, — сказал я.

— Я всё это время искал его. И не нашёл, — покачал головой князь.

Теперь понимаю, откуда у Нерпова такая страсть к тайным знаниям. Он искал нечто особенное. И вот когда уверился, что нашёл…

Мне было жаль смотреть на тестя, который за несколько минут стал выглядеть значительно старше. Лицо осунулось, поддавшись печали.

— Мне кажется, я знаю, кто мог бы помочь.