\

— А, кстати, об этом… — улыбка резко исчезла с её лица. — Они почувствовали меня, поэтому пришли именно сюда. Прости, что из-за меня пострадал твой мир.

— Это мелочь по сравнению с тем, сколько душ они бы погубили, окажись в лицевом мире, а не на изнанке.

— Ты прав. И я хочу, чтобы ты знал, никто из тотемов не забудет твою жертву.

Я кивнул. Больше мне нечего было на это ответить.

— Я вернусь в свой мир, но буду ждать твоего приглашения, Проклятый бог, — сказала напоследок Акула.

— А я обязательно тебя позову… Только твой замок будет восстанавливаться в последнюю очередь.

Она рассмеялась, и я вместе с ней. Мы оба знали, что замок — мелочь по сравнению с тем, чего удалось достичь нам обоим за этот длинный путь.

Акула ушла в свой мир, а я отправился домой. Хотел обрадовать отца тем, что всё закончилось.

Нашёл его в своём кабинете, перебирающим бумаги.

— Сергей, тебе бы переодеться, — намекнул он на то, что от моего костюма остались обноски.

— Это не важно, отец. Мы победили.

— Знаю, — он оставался серьёзен. — Мне теперь нужно столько бумаг подписать об исполнении договора. А ещё из имперской канцелярии звонили, и теперь я весь на нервах.

— Чего хотели? — насторожился я.

Только проблем с императором нашему клану не хватало.

— Тебя пригласили в Москву на встречу с императором, повода не назвали. Но секретарь намекнула, что лучше тебе явиться в ближайшее время.

— Составишь компанию?

— Да. Можем отправиться сутра, когда ты отдохнёшь.

Я совсем не чувствовал себя уставшим. Но был вынужден согласиться с отцом, ему пока рано знать о том, что от его сына мало, что осталось.

— Хорошо. Я переночую в академию и вернусь к утру, — пообещал я.

"

"Теперь на лицевой стороне мне было неуютно. Отовсюду слышался голос тотемов. Как же много богов на один мир. Они ведь скоро увидят во мне конкурента. Не забудут ли тогда они о своей благодарности?

— Не опаздывай, сын. Нельзя заставлять императора ждать.

Глава 24

Награды и последствия

По возвращении в общежитие академии меня встретила Света. Так крепко она ещё никогда меня не обнимала.

— Живой! Я так переживала, — призналась девушка.

— Да, всё хорошо.

Мы находились в гостиной, которая была соединена с кухней.

Холодильный шкаф-артефакт был открыт нараспашку, и там слышалось копошение и жевание. А потом и вовсе сорвалась полка.

— Ленц! Ты же нам еды не оставишь! — прикрикнула Света на оборотня, который уже вернулся в облик ящерицы.

Из холодильного шкафа раздалось жалобное мяуканье, словно оборотни не поделили палку колбасы.

— Моя. Твоя слева, — слова Ленца звучали так, словно он говорил с набитым ртом.

Света нахмурилась. И судя по виду радость от моего возвращения быстро сменилась злостью на расхитителей еды.