\

Я слышал далёкие возгласы людей и при желании мог бы выйти на них. Но я не знал, в какую сторону идти, чтобы вернуться в лагерь. Полагаю, это знала лошадь, так как была местной. Возвращаться же раньше всех тоже не хотелось.

Поэтому увидев большой овраг, я спешился и решил осмотреться.

Лошадь спокойно встала рядом и принялась добывать увядшую травку из-под свежевыпавшего снега.

У меня стучало в висках от предчувствия. Я смотрел по сторонам, но никак не мог определить, откуда может исходить опасность. Заглянул в овраг. Узкая речушка текла меж крутых берегов. Гнилая листва, ил и глина на его дне представляли собой неприятное глазу зрелище.

Вдруг я услышал бодрый перестук копыт и крики, погоняющие лошадь. Голос показался мне знакомым.

На том берегу появилась фигура верхом на лошади. Принцесса. Почему-то одна и без сопровождения. Прямо перед ней мелькало оранжевое пятно бегущего зверя. Видимо, что-то пошло не по плану, и лиса вырвалась из окружения. Хотя я мало что понимал в охоте."

"Я, честно говоря, засмотрелся на эту драму в движении, поэтому проглядел приближение другой.

Лошадь с принцессой бежала вдоль оврага, постепенно удаляясь от меня.

Вдруг что-то громко взорвалось, и в серое небо полетели разноцветные вспышки. Произошло это почти под копытами животного, и то, испугавшись, понесло.

Принцесса натянула поводья, попыталась прикрикнуть на свою коняшку, но эффекта не последовало никакого. Был бы рядом с ней Кропоткин, полагаю, он смог бы уговорить лошадь, но его тут не было.

Зато был я.

Однако не успел я даже прикинуть, как перебраться на тот берег, как ситуация снова изменилась.

Откуда-то с противоположной стороны появился Сергей Скуратов на стройном белом жеребце.

Я даже подумал, что это позёрство. Он лихо мчался наперерез понёсшей принцессу лошадке. Та, уходя от столкновения, повернула и теперь бежала прямо в овраг. А обрыв с той стороны, надо сказать, был куда круче, чем с моей.

Но Скуратов то ли знал об овраге, то ли просто показывал удаль, но достаточно быстро нагонял лошадь с монаршей всадницей. Я предположил, что он её перехватит задолго до обрыва.

Так оно и вышло. Вот только у переношенного аристократа не хватило умения затормозить чужую лошадь.

Некоторое время они просто скакали рядом к обрыву, и ничего больше не происходило.

Тревога била мне молотом по вискам, грозя пробить их изнутри.

Две лошади затормозили у самого края обрыва. Не больше пары метров отделяло их от довольно серьёзной пропасти.

Мне нужно уже отвлечься от этих двоих и понять, что угрожает мне.

«Архос, ты видишь что-нибудь?»

Но ответить он не успел. Либо я просто не услышал его ответа.

Новый взрыв был куда более сильным. Он оглушил на несколько секунд даже меня.