\

 — Почему ты его не почувствовал?!

— Виноват, — Скуратов боялся поднять глаза на хозяина кабинета. — Слишком увлёкся успокоением лошади и наездницы. Боялся, как бы она меня в факел не превратила."

"— Как ты собирался стать её мужем и консорт-императором, когда так боишься её? У тебя мозгов ещё меньше, чем у этого… Как его там?

— Графа Люберецкого.

— Вот-вот. Кстати, выяснил, чего ему надо-то было? Денег ему дали, в лазарете императорском лечили. С чего вот это вот всё?

— Да он — дебил стопроцентный. Я даже не знал, что такие существуют в природе. Лежал он в соседней палате с Кузьмичом — егерем второго звена.

Тот как раз за пирозаряды отвечает. Ему один бракованный попался, сработал при проверке, мужика и посекло, так его в имперский лазарет определили. Одним словом, встретились эти двое совершенно случайно. Напились. Ну и Кузьмич давай хвастаться, что как только выйдет, сразу будет организовывать охоту в честь совершеннолетия её высочества.

— Сказочный балабол, — Разумовский покачал головой. — А у Люберецкого мозги, судя по всему, спеклись после инцидента. Где он хоть все эти артефакты достал?

— Говорит, у цыган купил.

Судя по качеству, не врёт. Там сработало только два из всей связки. Иначе бы меня здесь не было.

— Не было… не было… — Разумовский продолжал ходить по кабинету взад-вперёд. — Вот почему нельзя всё время быть начеку? Я карьерой своей, между прочим, рисковал, чтобы тебя, дуралея, на тёплое местечко пристроить. Шестью десятками лет службы! А теперь всё, момент упущен!

— Ну как тёплое, — невольно улыбнулся Скуратов. — Скорее, горячее.

— Молчать! Ты ещё шуточки шутить вздумал?! Убью-прокляну-закопаю! На Сахалин сошлю! Будешь у метеомагов спирт отбирать!

Скуратов вжал голову в плечи.

— Ты, что, не понимаешь, насколько всё провалено? — Разумовский блеснул глазами враз сделавшимися злыми-презлыми.

— Да почему ж? Я всё-таки спас принцессу, — Скуратов поднял голову. — Она меня даже поблагодарила.

— Это было до того, как вы вместе с лошадьми вверх тормашками с обрыва полетели?

— Ну, да, когда остановились, — задумчиво потёр подбородок Скуратов.

— Дык, это не считается. Потом вас Державин обоих спас. Вот он-то теперь и герой! — Разумовский расхаживал по кабинету из стороны в сторону.

Так лучше думалось.

— Ну он и правда меня спас, хотя мог ограничиться принцессой, — пришлось признать очевидное благородство соперника Скуратову.

— Да уж, — Разумовский остановился у окна и принялся что-то рассматривать в тёмно-серой дали. — Подозрительный тип этот Державин. Он, вообще, как вас спасал?

— В смысле? — не понял Скуратов.

— Руками или магией?

— Я, по правде говоря, в отключке был. Но Никита Александрович весь грязный, как нечисть был.