Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Садись, Валера, садись, — запросто сказал Виктор Иванович, торопливо докуривая сигарету: он не разрешал себе курить во время деловых разговоров. — Так что мы имеем?

— Анонимный звонок с «Электрона» об утечке золотосодержащих деталей и слиток в форме сигареты таксиста Безруких, — напомнил Коняхин.

— Повтори, пожалуйста, точно фразу. Ты, кажется, ее записывал.

— Да я помню, — Коняхин по-мальчишески озорно улыбнулся. — Звонила женщина дежурному по управлению, сказала следующее: «Что же вы, чекисты, мер не принимаете, у нас, на «Электроне», золото воруют, а вы куда смотрите?» — и положила трубку. Установить автора звонка пока не удалось.

— Да, это задача не из простых, — сказал Русанов. — Времени потребуется много. Проще проверить сам факт утечки.

— Звонок мог быть и ложным, Виктор Иванович. Возможно, кто-то захотел направить нас по ложному следу, отвлечь внимание от другого предприятия.

— Конечно, — согласился Русанов. — Преступники на выдумки горазды. А что таксист?

— Он видел слиток у одного из своих пассажиров, случайно. Безруких можно верить, Виктор Иванович. Парень в прошлом пограничник, мы запросили часть, где он служил, его помнят на заставе, отзываются хорошо. И нам он обещал помочь…

— Ну, а какие новости с «Электрона»? Генерал уже звонил, интересовался, — Русанов бросил взгляд на белый, с Гербом СССР телефон.

— Я позвонил Сергееву, на завод, — стал докладывать Коняхин, — попросил взять образцы деталей и отходов, которые содержат золото. Они у меня в сейфе. Принести, Виктор Иванович?

Коняхин через несколько минут вернулся с плотным конвертом в руках, осторожно высыпал на толстый плексиглас русановского стола мелкие детальки. Виктор Иванович с интересом разглядывал их.

— Тут золота — с гулькин нос, — засмеялся он.

— Но деталей в электронной машине тысячи, — возразил Коняхин. — А с учетом массового их выпуска — миллионы! Учет вести очень сложно. Этим, видно, и пользуются.

— А вот это что? — спросил Русанов. Он вертел в пальцах какую-то тоненькую рамку размером примерно два на два сантиметра.

— Да это отход, Виктор Иванович. Микросхема из этой рамки вырублена, смонтирована в ЭВМ, а сама рамка идет на переплавку, в Москву.

— А… понятно. — Русанов вздохнул, ссыпал детали снова в конверт, сказал: — Ты мне оставь пока золотишко, я еще погляжу. А интересно, сколько же золота на этих деталях?

— Покрытие разное, Виктор Иванович. На отходе, к примеру, я тоже спрашивал у Сергеева, всего одна сотая грамма.

— Одна сотая? — переспросил Русанов.

— Ну, если совсем точно, то ноль целых и сто двадцать шесть тысячных.

— Память у тебя, Валера! Молодец!… Но какая точность учета! Впрочем, золото — валюта… М-да. Хорошо, иди.