Антология советского детектива-19. Компиляция. Книги 1-28

Год вам, как говорят русские, на акклиматизацию под эстонца. К рождеству дадите о себе знать. Если возникнет необходимость, мы вас сами найдем.

Кемпке-Пери не ожидал такого решения. Ему предстояло ехать в неизвестность с поддельным паспортом и все начинать сначала. Крипш понял его озабоченность и сказал:

— Изменить ничего не могу. Это лучший вариант с добытым паспортом. Надо же знать, кому он принадлежал. А вы ничего не знаете о его владельце. Будьте благодарны за то, что обстоятельства позволяют предоставить вам годичный срок для того, чтобы сменить этот паспорт и иметь хорошую, с точки зрения Советов, биографию.

Постарайтесь получить хорошие характеристики и утвердиться как эстонец, давно покинувший Эстонию. Имейте в виду, что по вашему паспорту выедет из России одно лицо — за границу как специалист. Следовательно, вы для Советов как Кемпке существовать не будете. Вам нужно привыкнуть к новому имени, обдумать свою биографию. К новому месту явитесь как местный гражданин, приехавший на работу в совхоз.

...В материалах следственного дела, которое я читал, подробности этой встречи Кемпке с Крипшем отсутствовали.

Майор Крикун тоже не мог дать на этот счет никаких пояснений.

— Читай дальше, — посоветовал он. — Главное найдешь здесь.

— Гуляев надолго заболел, — рассказывал мне Андрей Карпович. — Это было в году... тридцать пятом, кажется. К обычной гипертонии и головным болям прибавилась и бессонница. Ночью, когда все спали, он бодрствовал, у него, так сказать, продолжалась работа. Никак не мог отключиться от земных забот, несмотря на прием снотворного.

— Бездельничаю, — жаловался Гуляев на вынужденное пребывание в больнице всем своим сослуживцам, навещавшим его.

— Николай Васильевич, вам надо отдыхать основательно, — советовал ему врач. — У вас переутомление от громадной, я бы сказал, нечеловеческой нагрузки.

— Пока я работал, доктор, — упорствовал Гуляев, — я чувствовал себя куда лучше, чем в больнице. А сейчас я прислушиваюсь ко всему и мне кажется, что все у меня болит.

— Хорошо, — соглашался врач. — Допустим... Станьте передо мною. Ступни вместе, руки с растопыренными пальцами протяните вперед, глаза закройте. Вот так.

Гуляев вытянул руки и, как только закрыл глаза, зашатался, хотя пытался стоять твердо.

Его раскачивало из стороны в сторону, как маятник.

— Вы поняли? — спросил врач.

— Сдаюсь. Ложусь и сегодня не встану с кровати.

— То-то! Мой совет — сменить работу, изменить режим дня. Как следует отдохнуть. А там видно будет.

— Легко сказать — сменить работу. Вы думаете, это поможет?

— Уверен. Вы же работаете на износ.

«На износ, на износ...» — повторял про себя Гуляев и смотрел на врача так, как будто он сделал ему открытие о годах его бесконечной занятости.