Барьер Ориона

Из десятка амулетов на мои прикосновения реагируют три, и каждый раз кольцо капитана Говорова отмечает эту реакцию тусклым свечением. В одном из случаев оно вообще едва заметно.

— Ваш вывод, капитан? — полковник, похоже, уже не раз присутствовал на подобных тестах и неплохо знает процедуру.

— Охотник Белов — слабый морф, — после секундного размышления докладывает Говоров. — Слабый, но разносторонний. Это довольно редкое сочетание. Испытуемый смог установить контакт с тремя классами конструктов, но в каждом случае связь была очень неустойчивой. Кроме того, вполне возможно и даже весьма вероятно наличие у Белова одного или нескольких пассивных умений, опять же выраженных очень слабо, однако всё же способных помогать ему выживать в Змеином лесу.

Случай интересный, но вряд ли перспективный в плане использования в наших исследованиях. Обычно мы рекомендуем для таких кандидатов службу в баронской страже.

— Я в курсе, — глядя куда-то мимо Говорова, отвечает полковник, явно о чем-то размышляя. — Но пока Белов нужен мне для других целей. Капитан, почему вы не протестировали его на взаимодействие с шаром тайкунов?

— Маловероятно, что будет реакция.

Это артефакт намного более высокого ранга, чем амулеты, а у Белова даже с ними контакт крайне неустойчив. Подчинить себе шар уже попытались все наши сильные морфы. Это первое, что мы сделали, прежде чем передать его вам. Контакта нет ни у кого.

— Полный. Но если вы считаете нужным, можем проверить Белова.

— Лишним не будет, — полковник подталкивает ко мне шар, и я останавливаю его прикосновением пальцев. Конструкт воспринимает мою команду, и красные кристаллические вставки, которыми инкрустирована его поверхность, на мгновение наливаются бледным свечением.

Зеленый камень в кольце капитана вспыхивает чуть ярче, чем когда я касался амулетов. Совсем ненамного, но всё же заметно, что реакция выражена сильнее.

— Очень интересно, — озадаченно произносит капитан и поясняет произошедшее полковнику, не наделенному способностями морфа. — Контакт есть, причем даже более отчетливый, чем с амулетами, но всё равно очень слабый. Вот только намного более сильным и опытным специалистам не удалось добиться даже этого, а у почти бесполезного в нашем деле низкорангового морфа контакт с конструктом установился.

Выжать из этого мы вряд ли что-то сможем, но сам факт…

— Насколько я знаю, контакт с конструктом со временем может становиться более плотным и стабильным, — полковник продолжает вытягивать из Говорова подробности.

— У сильных морфов — безусловно, но это не наш случай. Здесь дело не в алгоритмах взаимодействия с артефактом, которые можно со временем оптимизировать, а в потенциале самого морфа.