Белла

Я ищу природное дарование, чтобы научить музыкально интонировать голосом. Мое обучение зиждется на трех категориях: ритм, дикция, фразировка и орнаментика. Занятия предполагают неустанный труд и максимальное упорство. Обучение основам займет около двух лет.

— А после этого? — спросила Кэролайн.

Он вытянул аккуратные белые ладони с лопатообразными кончиками пальцев.

— Этого никто знать не может. Но мне кажется, из последних пятидесяти учеников, которым я имел честь преподавать, у нашей маленькой леди самый прирожденный талант.

Сильно рискуя вызвать недовольство дочери, Демельза задала вопрос:

— Некоторые люди считают ее голос.

.. э-э-э... слишком резким.

— О, вполне вас понимаю, — ответил Фредерикс. — У нее великолепные и на удивление сформировавшиеся голосовые связки. Временами даже кажется, что она кричит. Но все дело в скрытом звуке и непроявленном таланте, бурлящей молодой энергии. Голос можно поставить, и верхний регистр будет звучать так же красиво, как и нижний.

— Значит, у нее — то, что называется меццо-сопрано?

Кэролайн посмотрела на Демельзу, понимая, что она здесь не главная, но все же.

..

— Профессор Фредерикс, получается, у мисс Полдарк исключительный голос, незаурядное дарование? Предположим, она проучится у вас два года, а в конце срока оправдает надежды, но что потом? Какое будущее ее ждет?

Профессор снова развел руками.

— Моя прошлогодняя выпускница начала с организованных концертов; совсем недавно ее приняли в Бристольский хор в качестве ведущего сопрано. Другая моя ученица, о которой вы наверняка слышали, Кристина Смайт, пела в опере. Сейчас она выступает в Париже и продолжает обучение у великого Бернара де Вриса.

Третья ученица в Милане поет в новой опере Беллини под названием «Норма». Для юной леди с исключительно прекрасным голосом открыты большие возможности.

— Вы сказали «леди», — продолжила Кэролайн. — Кто из ваших нынешних десяти учениц на самом деле леди?

«Только Кэролайн могла такое спросить», — подумала Демельза.

— Э-э-э... Три, нет, четыре. Остальные шесть сравнительно скромного происхождения.

— А высокая плата? Вы взимаете ту же плату со всех учеников?

— Две мои ученицы получают стипендии, поскольку у родителей совсем нет средств.

Они подают большие надежды, и я исполняю долг перед обществом, давая им бесплатные уроки. Одна из них певица, другая учится игре на фортепиано. Если мисс Полдарк станет моей ученицей, то обязательно с ними познакомится.

Немного подумав, Демельза заговорила:

— Лейтенант Хавергал наверняка сказал вам, что мы из Корнуолла. Оттуда до Лондона много миль. Пожалуй, около трехсот. На экипаже ехать два-три дня, трудно сказать, сколько ехать морем — иногда быстрее, но чаще дольше. Моей дочери еще нет семнадцати.