Белла

— Хорошо хоть это не поврежденная нога.

Росс смотрел на ее склоненную голову, густые вьющиеся волосы, теперь немного подкрашенные по его совету.

— Хотя, если подумать, в среду утром я мог бы пригласить Баррингтона Бардетта сюда. Сегодня я был в банке Корнуолла, осталось подписать всего пару документов.

— А я думала, ты снова навещал Селину.

— Да, навещал, но потом поехал в Труро.

— Она не передумала?

— Знаешь, мне кажется... Конечно же, нелепая смерть Валентина всех ужаснула, но как ни странно, именно Селина горюет больше и дольше всех.

— Подозреваю, ее враждебность по отношению к Валентину не столь глубока, как казалось. На самом деле она просто сильно обижена и всеми силами старалась заставить его это почувствовать, но не хотела потерять его навсегда.

— Порой насколько сильно любишь, настолько сильно и ненавидишь, — подметила Демельза. — Так, мазь наложена. Посиди еще пару минут.

— Она такая прохладная.

— Отдохни несколько дней. Ты уже не молод. Не стоит тебе ехать в Лондон.

— Но мне нужно ехать в Лондон, если...

— Если это тебя не добьет.

— Вряд ли. Должен же я еще раз увидеть ее на сцене.

— Удар был сильным, Росс. И эта утрата. Ты быстро поправился, но...

— Честно говоря, я бы с радостью отдохнул, но не могу сидеть сложа руки. А ты как, дорогая? Тебе тоже не сладко пришлось.

— Да уж... не то слово.

Позже, когда Гарри уснул, Демельза спросила:

— Днем ты сказал, что не можешь сидеть сложа руки. Почему?

— Почему? Я же объяснил.

Росс закурил трубку, мысли его блуждали где-то далеко.

— Валентин научил шимпанзе курить. По мнению Дэвида Лейка, так и начался пожар. Когда обнаружили тело Батто, он сжимал сигару...

Она уставилась на трубку.

— Я на всю жизнь возненавидела запах сигар после... после Пола Келлоу.

Росс потягивал трубку, подбрасывая щепок в огонь.

— Я не в силах больше объяснять, не затрагивая болезненных тем.

— Болезненных для кого?

— Для тебя. Слишком часто всплывала тема о происхождении Валентина. Трагедия все это оборвала довольно жестоким способом, оставив только горечь, скорбь и опустошение. Разве что будущее Джорджи вызывает опасения. Очевидно, Валентин, как и я, не хотел, чтобы Джорджи воспитывался Уорлегганом. Поэтому я старался сделать все возможное, чтобы не допустить разрыва с Селиной. И в случае неудачи принять сторону Валентина в споре об опеке над мальчиком. Когда он написал с просьбой приехать в Плейс-хаус в прошлый вторник, ты советовала мне не ехать. Я не объяснил тебе истинные причины поездки, потому что обещал Филипу Придо не говорить никому, что на днях Валентина должны арестовать. Из-за обезьяны этого не случилось.

Демельза посмотрела на громадный ушиб на лбу мужа.