Белла

А всего пять лет назад всеми любимый Джереми покинул этот мир. Деревни обеднели.

Хотя Плейс-хаус относился к приходу Сент-Агнесс, но отсутствие постоянного священника и то обстоятельство, что мать Валентина похоронена у церкви Сола, определили выбор кладбища.

Мистер Профитт выступил с проповедью, читаемой уже не один раз, основанной на полном незнании характера молодого человека, чьи похороны он проводил. Это уже неважно, думал Росс; единственное значение для него имела потеря сына. Вот так, спустя двадцать шесть лет и триста один день, ребенок, рожденный во время затмения луны, исполнил свое предназначение, которое напророчила ему с первых минут жизни снедаемая хандрой тетушка Агата.

Отъезд в Лондон наметили на пятницу, в шесть утра из Труро на королевской почтовой карете. Эти дилижансы курсировали уже пять лет, Росс и Демельза уже пользовались услугами этой компании. Экипаж следовал по старому северному маршруту, в целом надежному, минуя Лискерд и Плимут. В среднем поездка из отеля «Красный лев» в Труро до «Головы сарацина» в Лондоне занимала тридцать пять часов. Когда они сели в экипаж, их обрадовали, что первую часть пути они будут ехать внутри в одиночестве. Погода стояла промозглая, и Демельзе было не по душе, что семеро пассажиров в целях экономии сидят снаружи. Но для обожженной ступни Росса это пойдет на пользу.

Утром они мало разговаривали. Может, именно потому, что они стали мало общаться, думала Демельза, Генри и задал ей тот чувствительный вопрос.

— Я сплю на ходу, — сказала Демельза. — Ведь мы встали в четыре утра. Ты не против, если я вздремну?

— Не против. Что ж, пользуйся возможностью, пока к нам не подсел какой-нибудь пузатый горожанин.

На какое-то время установилась тишина, только экипаж покачивался и трясся по разбитой дороге к Сент-Остеллу. Через двадцать минут Демельза открыла глаза и, заметив на себе неотрывный взгляд Росса, захихикала.

Эта поездка всегда давалась им с трудом. Совсем скоро, думала Демельза, они будут ездить в экипаже до Бата, а потом пересаживаться на паровоз до Лондона. Но ей не особо этого хотелось. К тому же при мысли о паровой машине она обязательно вспомнит Джереми. Росс вытянул теперь уже другую больную ногу.

— Вот скажи, я усох?

— Усох? — Демельза осмотрела его крепкую фигуру. — Ты? Почему ты спрашиваешь?

— Мне показалось, что Джордж как-то усох, когда я видел его во время пожара в Плейс-хаусе. Он тогда сидел на скамейке в одиночестве.

— Я снова это отметил, когда пришел к нему в Кардью после смерти Валентина. Он сидел в кресле, сгорбившись, и я подумал, что он каким-то образом уменьшился в размерах.

— С чего ты взял, что ты сам уменьшаешься?

— Он старше меня на год. Просто пришло в голову.

— Тот несчастный случай мог его состарить.