Чехов. Книга 12. Танец со смертью

— А значит, не сотрут нужные.

Василий Иванович закивал:

— Если бы у всех были такие помощники, то моя работа стала бы намного легче. Пусть ваш призрак положит вещицу на стол.

Я дал знак миньону, и тот водрузил кувалду на столешницу. Вахрушев же попросил:

— Закройте, пожалуйста, дверь. Как я и говорил, сегодня к нам прибыла проверка от кустодиев.

Питерский послушно прикрыл створку. Эксперт же призвал тотемы, склонился над столом. Потер ладони, и с кончиков пальцев на рукоятку посыпались белые искры. Кувалда засеребрилась, и на черном от времени дереве стали проступать многочисленные небольшие следы.

Я видел процедуру снятия отпечатков во время учебы, когда нашу группу водили на экскурсию. Способность была ранга мастера и называлась «Проявление». Белая сила проявляла оставленные человеком следы органики, и под контролем жреца формировала этот отпечаток в рисунок, выделяя каждую линию. Белова тоже не раз наблюдала за подобным, поэтому просто села в стоявшее у двери кресло, дожидаясь завершения работы. Фома же, для которого эта процедура была в новинку, с интересом наблюдал за ритуалом жреца-эксперта.

Овальные следы становились все ярче, наливались светлой силой. А через несколько мгновений они начали приобретать разные оттенки. Одни были яркие, с выделенными линиями папиллярных узоров. Другие тусклые, наполовину стертые.

— Кувалда успела побывать в руках нескольких человек, — заключил Вахрушев. — Многие отпечатки старые. Увы, быстро восстановить их я не смогу. А вот эти…

Василий Иванович указал не несколько ярких отпечатков и продолжил:

— Эти легко читаются.

— Нас интересуют самые свежие, — поспешно произнес я. Вахрушев взял стоявший на столе фотоаппарат, покрутил объектив и сделал несколько снимков.

— Отлично, — довольно произнес он. — Теперь разберемся с цветом силы.

Жрец коснулся кончиками пальцев кувалды, и вокруг рукояти проступили разноцветные знаки.

— А вот это очень интересно, — произнес Вахрушев. — Признаться, Павел Филиппович, ваша задачка оказалась со звездочкой.

Я уже и сам прекрасно это понимал. Потому что, кроме привычных обозначений цветов силы, на рукояти высветились и какие-то непонятные, переливающиеся кляксы, которые никак не поддавались расшифровке. Даже Алиса поднялась с кресла и подошла к столу, чтобы рассмотреть аномалию.

— Предметы хорошо впитывают остаточные эманации силы, — продолжил Вахрушев. — Вот, например, этому следу природника больше десяти лет. Он очень слабый, но заметный.

Эксперт указал на едва различимые знаки в форме зеленых листьев, которые проступали на рукояти.

— А вот синяя сила стихийника, — продолжил эксперт, указывая на синие знаки-тучки. — Скорее всего, криомастера. Они тоже очень старые. Но эти я вижу впервые.