Чехов. Книга 12. Танец со смертью

— Особенно учитывая, что после смерти на него не действуют клятвы молчания, — словно между прочим отметила Софья Яковлевна и добавила, заметив мой заинтересованный взгляд, — Дух теперь принадлежит нашей семье. Я взяла с него слово верности.

— А может, он и мне поможет, чтобы не таскаться к учителям для уроков этикета? — предположил Фома.

— Для этого я и решила для начала познакомить его с вашими призраками. Ваш Василий очень вредный, как я успела заметить. Не хотелось бы, чтобы в доме возникали конфликты.

— Козырев хороший, — заступился я за старика, и тут с нижнего этажа разнесся крик, который услышали все, кроме Иришки.

Мы быстро направились прочь из кухни и спустились на первый этаж. И пред нами предстало поистине шокирующее зрелище. Ярослав стоял у окна и со священным ужасом смотрел на Козырева. Тот яростно размахивал шахматной доской, пытаясь ударить невысокого худого человека в деловом мятом костюме, со всклокоченной седой шевелюрой. Но предмет предсказуемо проходил сквозь миньона бабушки. На полу были разбросаны фигуры, на которые никто не обращал внимания.

— Лошадью ходи? — истошно выкрикивал Василий. — Да что ты в этом понимаешь… Ты! Ты! — Козырев никак не мог найти подходящее слово и наконец заорал, — Ханурик!

— Кто? — с любопытством уточнил незнакомый призрак, поправив на переносице роговые очки. — Это какой-то зверек? Не знаю этого слова.

Василий наконец заметил меня и уронил доску на пол. Та жалобно скрипнула, но осталась цела.

— Павел Филиппович, заступник вы мой, святой человек, скажите, что этот ханурик не будет тут обитать! Это абсолютно невыносимый человек!

— Добрый вечер, Павел Филиппович, — вежливо поздоровался гость и коротко поклонился. — Борис Николаевич, к вашим услугам. Быть может вы знаете, что означает это слово «ханурик»? Ни в одном из словарей, который я в свое время штудировал, этого слова не встретил.

— Оно носит оскорбительный характер, — с готовностью пояснила Софья Яковлевна. — Василий, видимо, уверен, что при жизни вы злоупотребляли алкоголем.

— Был такой грех, — вздохнул мужчина и потупился. — Если бы я не имел такой пагубной привычки, то может быть не погиб бы в самом расцвете сил. Лекари много раз лечили меня, но я был слишком слаб духом, чтобы вырваться из лап зеленого змея. Он меня и погубил.

— Ханурик, — повторил Козырев с торжеством и важно проследовал мимо нас в зеркало и уже из него донеслось, — Вынужден откланяться, господа и дамы. Мне надо восстановить нервы.

Я с трудом скрыл улыбку и уточнил у бледного Ярослава:

— Что тут произошло?

— Мы решили за беседой сыграть в шахматы, — сообщил шокированный парень. — Я когда-то недурно в этом разбирался.

— И я подсказал Василию сделать ход конем, — с готовностью подтвердил миньон бабушки.