Черный дембель. Часть 3 (СИ)

А вот обедать я пошёл один: Кирилл ещё после завтрака ушёл к Инге, а Лена до полудня так и не явилась в мою комнату. Исчезновение Котовой показалось мне странным явлением — после обеда я наведался в женский корпус общежития.

Дверь комнаты мне открыла Котова. По её внешнему виду я сразу сообразил, что Лене не повезло, как мне. Красный нос, мешки под глазами, мутный несчастный взгляд, гнусавый голос — всё это было у Котовой в наличии. Лена выглядела несчастной и больной. Больной, как оказалось, она не только выглядела. Она то и дело сморкалась в огромный, похожий на наволочку платок. Подкашливала, чихала. Призналась, что ещё не мерила температуру. Я тут же исправил это недоразумение — градусник показал «тридцать семь и семь». Котова пожала плечами; напомнила себе и мне, что завтра экзамен по высшей математике. Я настоял, чтобы Лена проглотила таблетку аспирина. Метнулся в мужской корпус, пробежался там по комнатам, раздобыл полбанки мёда. Напил Котову горячим чаем.

В женском корпусе я пробыл до вечера.

Сдал свой пост у постели больной вернувшейся в общежитие Наташе Тороповой.

— Как же ты так, Ленка! — воскликнула Торопова. — Заболела перед самым экзаменом! Перед вышкой!

Она покачала головой.

— Ну, ничего, подруга, — сказала Наташа. — Есть у меня верное средство от простуды. К утру все болячки у тебя, как рукой снимет!

Третьего января я встретил Котову в институте. Лена сидела на подоконнике. С грустью посматривала на дверь кабинета, где нам предстояло сдать экзамен комиссии во главе с профессором Барановым.

Ещё издалека я отметил, что Котова не выглядела здоровой. Об этом говорил и потухший взгляд Котовой, и носовой платок, что то и дело появлялся у Лены в руках. «Лекарство Тороповой не сработало», — подумал я.

Пожал руки толпившимся в коридоре парням, ответил на приветствия девчонок.

— Сегодня ты выглядишь лучше, чем вчера, — соврал я Котовой.

Лена подняла на меня воспалённые глаза — я прочёл в них усталость и грусть.

— Голова… тяжёлая, — пожаловалась Котова. — И болит.

Я удивлённо вскинул брови: почувствовал хлынувший от Лены хорошо узнаваемый запашок алкогольного перегара — он смешался в воздухе с ароматом «Иоланты».

— Котова, — тихо сказал я. — Ты… водку пила вчера?

Лена кивнула. Поёрзала на подоконнике. Прислонилась плечом к стене.

— Это Наташино лекарство, — сказала она. — Водка с перцем. От простуды.

Котова содрогнулась всем телом и сообщила:

Она покачала головой, шмыгнула носом. Я отметил, что место рядом с ней на подоконнике пустовало. Хотя на соседнем подоконнике примостились сразу трое парней.

— И сколько ты выпила? — спросил я.

Лена повела плечом и печальным голосом ответила:

— Стакан. Перед сном. Наташа так велела.