Держи врага ближе

Смотрю парню в глаза, словно зачарованная. Даже моргнуть не в состоянии. Что за странное чувство?

Эштон словно ищет что-то во мне своим пронизывающим до дрожи взглядом, и хмурится недоверчиво, не способный отыскать.

Не знаю сколько проходит времени, эти серые, подсвеченные строгостью, глаза снова окунают меня в воспоминания о том, как стремительно покидала мое тело жизнь.

Дверь в комнату резко распахивается, на пороге оказывается явно удивленная открывшейся ей картине тетушка Марила, ее неожиданный приход приводит нас обоих в чувство.

- Ох, продолжайте-продолжайте, не буду вам мешать!

Дверь за изумленной увиденной сценой хозяйкой приюта тихо закрывается. Неловко. Женщина явно подумала не о том.

Эштон разжимает пальцы, отпускает мою руку. Нужно мгновение, чтобы вспомнить, что он имеет в виду.

- О, - моргаю и выпрямлюсь, вручаю ему баночку с мазью. - Хорошо.

Пока Эйдж неумелыми движениями наносит на губы и подбородок целебное средство, скучающе рассматриваю вывешенные на стенах детские рисунки, старое и потрепанное временем пианино в темном уголке гостиной.

Я уже сказала все свои реплики, можно и уходить. Только, как бы все так обставить, чтобы не выглядело, словно я сбегаю прочь от страха? Согласно настройкам моей роли оставаться более необходимого не следует.

Однако, не проходит и пары минут, как в комнату снова врываются. В этот раз – маленькая девочка с двумя подпрыгивающими при каждом шаге хвостиками на голове.

Она останавливается в середине комнаты и осторожно поднимает взгляд на Эйджа, косится с любопытством в непоседливых глазках в мою сторону, и робко обращается к парню:

- Бабушка Марила, говорит, чтобы вы шли в столовую. Еда готова.

Еда? Поднимаю левую руку, на часах стрелка уже близится к семи вечера. Воу! Как незаметно пролетело время! К тому времени, как я вернусь в академию, ужин уже кончится. Надо бы прикупить чего-нибудь съестного по дороге и хорошенько припрятать – с едой в общежитие проходить нельзя.

Эштон поднимается из кресла и пригвождает меня взглядом. Отговорка, что мне уже пора, застревает в горле.

Не глядя на ждущую ответа малявку, Эйдж холодно произносит:

- Скажи, что мы сейчас будем.

Девчушка, очевидно, боится главного героя словно огня. Стремительно уносится прочь, словно за ней волки гонятся, понятливо кивнув.

- Что ты сделал маленькой девочке, что она так тебя боится? – удивляюсь вслух.

Ожидаемо, что парень мне не отвечает.

Пожимаю плечами, прибираю к рукам бумагу с договором и прячу в сумку, прохожу мимо пропускающего вперед Эйджа. Из-за того, что он идет сзади, чувствую, как прожигает спину тяжелый взгляд.

Раз уж за меня так бесцеремонно решили, что я остаюсь на ужин, думаю, и впрямь можно поесть здесь. Преломим с врагом хлеб, так сказать. Я и впрямь голодная.