Держи врага ближе

Наоборот, чем больше народа в курсе, чем же лучше. Больше моего избранника никто донимать не посмеет. А о том, что главным по «донимаю» была как раз именно я, давайте чинно умолчим.

Мои пальцы ползут вниз по рукаву Эштона и протискиваются в сжатую от напряжения мужскую ладонь. Я поднимаю наши сцепленные руки и машу ими перед собравшейся на представление онемевшей от такого поворота событий, не иначе, публикой.

- Ага. Я и Эйдж…Если зрение подводит, рекомендую заглянуть в лазарет. Или лучше сразу к специалисту. Мало ли.

Тяну не сопротивляющегося главного героя подальше от настырных студенток сквозь расступающуюся перед нами толпу.

Поглядите! Отчего-то недовольно поджимаю губы, пропала куда-то вся веселость. Стоило ему только избавиться от своих отросших паклей, и уже налетела толпа страждущих отобедать в его компании. Где вы раньше были, господа хорошие, когда он терпел издевательства?

Красота, действительно, сила, с которой стоит считаться.

- Ви? – Элоди роняет вниз челюсть, глаза приклеены к нашим сцепленным рукам. Она стоит там, где я ее оставила, то есть посередине широкого коридора.

Пальцы у Эйджа, если что, ледяные. И в них нет никакой силы, что значит, это я держусь безо всякой взаимности за его руку.

Студенты спешат оказаться в столовой, так не терпится поделиться увиденным с друзьями. Застывших посреди коридора людей поток учеников старательно огибает, чтобы ненароком не задеть, но это не означает, что они не смотрят и не слышат.

Словно обжегшись, спохватываюсь и отнимаю руку, встречаюсь взглядом с холодными глазами Эйджа, в которых горит странный интерес, и следую своей злодейской роли, мечтая провалиться сквозь землю, но не показывая на это отчаянное желание даже намека:

- Что за девицы? Забыл, что ты – мой?!

Лучше бы решить этот вопрос без свидетелей, но тогда момент будет упущен.

Я буквально слышу, как в голове у Элоди лихорадочно, будто потревоженный рой пчел, жужжат самые смелые и безрассудные мысли. И, наверняка, не у нее единственной.

Рот подруги беззвучно открывает и закрывается, она подозрительно щурится, явно думая о чем-то неприличном.

Эштон отводит взгляд и апатично произносит:

- У меня нет никаких отношений с теми студентками.

Бессердечно и презрительно усмехаюсь:

Про себя же добавляю: «Спасибо мне потом еще скажешь, что сохранил целомудрие для принцессы!».

Холод в глазах брюнета становится еще невыносимей. Прежде чем он успевает что-то ответить, до нас долетают голоса перешептывающихся вокруг учащихся.

- …очередное изощренное издевательство.

- Браво, что и следовало ожидать от леди столь благородного семейства…

Ладно, этого должно хватить, чтобы сплетни разлетелись по всей альма-матер.