Девственница для бандита

Как у него язык повернулся про анорексию сказать? Совсем сердца нет!

Надеюсь он прочел в моих глазах всю глубину ненависти, которую сейчас испытываю…

– Я знаю хорошего специалиста, – выпаливает вдруг Инга.

Бедняга. Так жаждет переключить на себя внимание, что готова даже вылечить заклятую врагиню. Мне становится смешно.

– Это та-а-ак любезно! – закатываю глаза и обнимаю себя руками. А потом сваливаю, заставляя себя идти спокойно и вальяжно. Очень хочется на прощание показать этим двоим средний палец. Но я себя сдерживаю. Не хочу перегнуть палку и разъярить Ериханова.

Лишь хочу чтобы понял – не собираюсь плясать под его дудку. Хочет играть в заботливого дядюшку? Так он объяснил Инге мое присутствие в своем доме?

Ради Бога. Только без меня!

Поднявшись в свою комнату чувствую как меня захлестывает злость. Причем на себя. Я показала слабость покинув территорию. Но в присутствии Давида у меня бы кусок не полез в горло. Если он отпустит шутку или хоть как-то намекнет на вчерашнее я точно не выдержу. Как же хочется сбежать из этого дома? Что я тут делаю, пока мама и сестра страдают?

Стук в дверь заставляет вздрогнуть. Черт, неужели так полон решимости накормить меня, что пришел лично? Почему я не заперла дверь, идиотка чертова? Теперь слишком поздно, она приоткрывается… Вздыхаю с облегчением. Это Мария Павловна с подносом, сервированным завтраком.

– Ты только не гони меня, иначе хозяин ужасно рассердится и сам придет. Он полон решимости тебя накормить. Ты и правда сильно похудела, Лили, хотя и так была тростиночкой. Все нервы, да? Вижу как маешься, места себе не находишь, – укоризненно качает головой.

– Хорошо, ставь туда, – показываю на туалетный столик.

– Ну что ты, зачем благодаришь. Это тебе за заботу спасибо, – теперь у меня слезы на глазах, просто сумасшедшие качели настроения. Но серьезно, без этой женщины, ее поддержки я бы тут наверное с ума сошла.

– Неприятная особа эта блондинка… не знаю как ее зовут. Мне кажется Давид Андреевич сам не в курсе. Он после того как ты ушла очень жестко с ней обошелся. Выгнал, в общем. Сказал Петру, охраннику, чтобы отвез. Вышвырнул, в общем. И поделом ей. Разговаривала она с тобой отвратительно. Кто ей дал право так общаться? Королевна нашлась. Царских кровей, видели мы таких.

– Спасибо за поддержку, – говорю, жуя бекон. – И за завтрак. Все потрясающе вкусно.

– Вот и умница. Я так рада. И хозяин будет доволен.

– Угу, он прям испереживался весь, только и думает что о моем желудке, – кривлюсь невольно.

Надеюсь, Давид сегодня не планирует провести весь день дома. Я намерена избегать его максимально. Не могу я встретиться с ним после вчерашнего. Как подумаю… этот его взгляд, в момент когда он – в Инге… Меня сразу волна отвращения накрывает.