Дикий вьюнок (СИ)

Мой голос прозвучал, полный глубокого, ничем не замутненного счастья:

— Янош вернулся? Как здорово! Отпрошусь с работы и поедем, проведаем. Он дома?

— Ула… — она сильно прикусила губу и резко отвернулась.

— Ни слова! — предупредила я. Леста промолчала.

В доме Яноша я не была с тех самых пор, как он уехал. И сейчас войдя в комнату, испытала такое странное ощущение, будто по-настоящему вижу ее впервые, а раньше она мне просто снилась.

Янош совсем не изменился, разве что никогда раньше он не ходил с распущенными волосами, а теперь они лежали на подушке вокруг бледного лица и казались еще длиннее и темнее, чем были на самом деле. И вот он валяется на кровати, как будто крепко спит. Совершено белый и неподвижный. Глаза закрыты и если бы не едва заметные движения поднимающейся груди я бы решила, что мы опоздали. И тогда, наверное, умерла бы прямо тут, на коврике у его ног.

Но грудь поднималась. Растущую истерику я задавила в зародыше.

— Мы снимали ловушки… Ну, когда объявили о заключении договора и все вернулись в город, остались только те, кто согласился снимать шайнарские ловушки. Они хоть и на природной энергии, но ставились на поражение. Мы не знаем, как он угодил в звездную клетку, были в другом месте. Но он пошел совсем один, желающих было гораздо меньше, чем работы. Когда нашли, было поздно — он уже был без сознания, а из такого состояния не выходят.

— Что с ним? Что за клетка?

— Звездная клетка вытягивает силы, магические и физические, все. Ее решетку не отсечешь и не перекроешь.

— Ула… Мы пробовали все. Выжались досуха. Пятнадцать магов — и решетка не сдвинулась ни на миллиметр! Это бесполезно, из клетки не возвращаются…

— А шайнары? Это же их ловушка, значит, они должны знать способ ее открыть?

Леста стремительно кивает.

— Приводили из числа пленных. Те отшатывались, как только понимали, о чем речь. Недостаточно сил, не лечатся, твердят и все тут. Даже угрозы не помогли. Куда уж больше сил? Пятнадцать магов, Ула!

Я опустилась на пол рядом с кроватью и прижалась к его руке лбом. Холодно. Кожа неестественного голубого цвета, сухая и практически ледяная на ощупь. Как могут руки живого человека быть такими холодными?

— Янош… Как же ты мог попасться? Один? Зачем ты туда полез? Зачем?..

— А ты не знаешь? — голос Лесты вдруг прозвучал очень грубо. Я резко оглянулась.

Она стояла, выпрямившись, глаза бешено сверкали, губы растягивала бесшабашной ухмылка.

— За ловушки очень хорошо платили. Очень. Примерно треть дома или… одна шикарная свадьба.

Меня будто ударили. Даже след от пощечины на щеке проявился.