Дочь княжеская. Книга 4

А потому, что ваш потенциал — огромен, потому что даже сейчас — ваша сила не подлежит никакому сомнению. И это понимают и в Потерянных Землях. Они знают, что проиграли войну. Что им придётся жить по имперскому закону. Что мир будет разделён, и границы обретут полную силу. Но сейчас они попытаются отхватить себе как можно больше. И вот этого допустить нельзя ни в коем случае. Иначе у нас не останется ни Двестиполья полностью, ни значительной части Дармицы. Да и оставлять выживших дармичан с двестипольцами под врагом — нельзя. Их подвиг сохранил Сиреневый Берег почти нетронутым. Большой неблагодарностью будет оплатить мир с врагом ценой их свободы.

Хрийз кивнула. Славутич был прав, прав… Вот только…

— Они могут убить… — сглотнула, не сумев выговорить имя.

— Могут, — сурово ответил Славутич. — Но что такое жизнь одного человека и что такое жизнь миллионов? Включая собственных подданных Потерянных Земель: одним из наших условий будет полнейший запрет на жертвоприношения вообще и на детские в частности, с максимальным магическим контролем: с Грани мира видно, кто как уходит из жизни. А служить Потерянным Землям неумершие не станут никогда.

— Я про такое только в книгах читала, — прошептала Хрийз, старательно глотая слёзы — чтобы Славутич не увидел.

Он, конечно же, не видел. Даже не смотрел на неё, и Хрийз была благодарна ему за такое маленькое притворство. Всё она понимала. Понимала, что перед таким могущественным магом, да еще посвящённым синего уровня, она как на ладони, несмотря на статус и силу. Одной силы ведь мало, нужен опыт. Возраст же был попросту несопоставим: Славутич помнил еще Канча сТруви молодым и живым…

— Книги, даже развлекательные, пишут, отталкиваясь от жизни, — откликнулся имперец. — Но тем и отличаются правители от простолюдинов, что мыслить надо — в поле надличного. И принимать решения, тщательно взвешивая последствия, — на много лет вперёд. Я понимаю, как вам хочется спасти отца. Поверьте, разведчики господина тБови не сидят на месте. Они делают всё возможное… вполне вероятно, что угрозы послов потеряют свою силу уже в ближайшие дни.

— А если не потеряют? — тихо спросила Хрийз.

— Значит, не потеряют. Смиритесь.

— Легко сказать, — пробормотала она, водя пальцем по колдовской карте.

Палец оставлял слабый светлый светящийся след, он держался какое-то время на магической иллюзии, потом пропадал, истаивал, как тает дым от костра в весеннем лесу.

— Вы справитесь, — убежденно выговорил Славутич. — Мы в вас верим.

Хрийз кивнула. Если бы она еще сама в себя верила… Голова кружилась, слабость, казалось, впечатывала в каменную плоскость сиденья.

— Давайте вернёмся, — попросила Хрийз и призналась: — Я что-то… не слишком хорошо себя чувствую.