Дочь княжеская. Книга 4

Все дружно выдохнули: Яшка развернул крылья! Раскрыл клюв в яростном крике, закружился у Милы над головой, а потом рванулся к хозяйке. Хрийз едва успела подставить руку: птиц упал с высоты тотчас же. Раскрыл громадные крылья, обнимая своего человека. Хрийз гладила фамильяра по голове, по жёстким перьям на спине и плакала. И плевать было, что все вокруг её слёзы видят. Плевать. Яшка — живой…

Потом вломилось в сознание, что он действительно живой!

Ни следа тусклого серого сияния неумершего. Ни единого некротического пятнышка. Это снова была живая птица!

— Мила! — воскликнула Хрийз. — Но как…

Мила подошла — на её пути продолжали вырастать цветы и распадаться костомары, и Дахар резко шарахнулась в сторону: «не надо!» Мила кивнула ей, и прошла мимо.

— Вставай, — сказала она младшему Рахсиму. — Не лежи на холодном камне — простудишься.

Тот метнул неверящий взгляд на свою разлохмаченную ногу. Сквозь дыры в одежде виднелась здоровая плоть…

? Мила обняла Хрийз, прижалась к ней всем тельцем. От девочки исходил непривычный жар, и Хрийз с изумлением поняла, что и у Милы в ауре нет ни единого следа мёртвой серости!

— Давай уйдём из этого гадкого места, — попросила Мила. — Пожалуйста…

В гадком месте уже не осталось ни одной костомары, только продолжали расти и раскрываться новые стекляники. Они замедлили темп, но не остановились, и, наверное, остановят свой рост еще очень нескоро. Изломанное стихией Смерти пространство пещеры надо было восстанавливать до конца.

Снаружи — утро пело победную песню нового дня. Щебетали в кронах низеньких деревьев птицы, качались на ветру горные колокольчики, не стекляники, насыщенные магией Жизни, а просто цветы. Солнце заливало мир зеленовато-золотым сиянием.

— Бабочки, — засмеялась Мила пёстрым созданиям, порхающим по цветам.

Девочка захлопала в ладоши, подпрыгнула на месте и вдруг подломилась в коленках и начала падать. Младший Рахсим едва успел подхватить её.

Связанное Хрийз покрывало начало истаивать, испаряться, исчезать. Миг, и его не стало вовсе. Сихар оказалась рядом, коснулась ладонями висков Милы, повела рукой над её тельцем.

— В обмороке, — сказала целительница. — Но — живая…

сЧай отдал Миле свою рубашку — белое с алым церемонное одеяние жениха. Мила в той рубашке утонула с головой.

— Как она ожила? — потрясённо спросила Хрийз. — Как? Ведь я всего лишь… связала покрывало!

— Чудо, — сказал старший Рахсим.

— Переход в стихию Смерти после начальной инициации даже изначальной Силой вроде Тьмы или Света, — событие обыкновенное, — хрипло сказала Дахар, по-прежнему зажимая больное плечо. — Метаморфоз в проводника Смерти не отменяет прежнюю инициацию, лишь замыкает его на себя. До… обращения… я была магом Воды… и Вода со мной осталась.